Малыш, который живет под крышей

– Ты точно не пойдёшь?

– Чего мне там делать? – Костя снова валялся на своём стратегическом месте: в объятьях кожаного дивана. – Две бабы, два мужика – я там как пятое колесо в телеге.

– Это всего лишь деловой ужин в честь заключения сделки, к которой ты весьма весомо приложил руку.

– И, тем не менее… – Костя зевнул. – И потом… Вчера Семён Семёныч из рейса вернулся. Как следствие – мне сегодня светит семейный ужин.

– Товарищу старпому привет, – Макс улыбнулся. – От тебя привет передать кому-нибудь? Например, Оксане Сергеевне? – предельно невинным тоном спросил он.

– Свят-свят-свят! Никаких приветов Камышиной! С такими надо аккуратно. А то сегодня ты ей привет, а она тебя завтра в загс. И ты будь аккуратнее.

– Не учи батю детей делать. У меня с некоторого времени на дам с матримониальными планами обострённое чутье.

– Вот и умница. Вот и хороший мальчик. Кире Артуровне пальчики от меня нежно поцелуй.

– Сам целуй! – Макс не хотел, но почему-то это прозвучало резко.

– Так и сделаю, – самодовольно ответил Драгин.

 – Но в другой, более интимной обстановке. Тет-а-тет. Приглашу Кирюшу в какое-нибудь задушевное место, а не в «Бориску», где каждая рожа – знакомая. А чтобы свечи, аромат, полумрак и мы вдвоём…

– Ты ее в ваш гараж собрался приглашать?

– Чего? – Константин изволил сесть.

– Свечи зажигания замочены в ароматном уксусе, полумрак, потому что свету – одна пыльная лампочка. И только вы вдвоём. А еще полуразобранный «волгарь» Семён Константиныча.

– Ностальгируешь по нашим пати в гараже? – расхохотался Костя.

 – Можем легко повторить. «Волгарь» всё в том же состоянии.

– Можно будет попробовать, – туманно ответил Макс. – А что до Киры Артуровны… – неожиданно вернулся он к оставленной теме. – Не советую.

– Это почему же? – Костя изобразил трагическое недоумение.

– Потому что не даст. Сразу. А тебе, скорее всего, вообще не даст.

– Тю! Да быть такого не может, чтобы прямо вот «вообще». Но… – с неожиданным смирением добавил он, – попахать ради этого придётся преизрядно.

Поэтому ограничимся поцелуем пальчиков. Нежным, ты понял, шановный?

– Как не понять? Понял. Нежно поцеловать пальчики Оксане Сергеевне. От твоего имени.

– Убью, стюдент!

Как и следовало ожидать, она опоздала. На десять минут. Нет, могла бы прибыть вовремя. Но эти десять минут Кира потратила на то, чтобы минимально привести себя в порядок. Поправить причёску, припудрить нос, стереть остатки помады с губ и теней с век.