Дульсинея и Тобольцев, или 17 правил автостопа

Умопомрачительный аромат молотых зерен вскоре наполнил собой все пространство.

Из большого окна раскинулся потрясающий вид на ленту Москвы-реки.

– У тебя есть время съездить со мной на объект? – спросил Илья, входя на кухню.

– Который ты хочешь выиграть? – Дуня закончила накрывать завтрак, поставив на стол два стакана со свежевыжатым соком.

– Да.

– Конечно, поедем. Давай сразу из дома, а потом ты отвезешь меня в офис.

– Договорились.

Волосы Ильи были влажными после душа, и она, подойдя, смахнула пальцами несколько капелек.

– С тобой приятно иметь дело.

– С тобой тоже, – ответил он, целуя ее в нос. – Я соскучился по твоему кофе.

Как Дуня и предполагала, идея с переносом стоянки была вполне жизнеспособной. Но для того, чтобы внести предложение официально, следовало сделать необходимые замеры, поэтому Илья, стоя на площадке, быстро распорядился по телефону о приезде рабочих, а сам повез Дуняшу к офису фирмы «Дизайн Идея».

* * *

– Ваня… Ваня… – и совсем с придыханием: – Ванечка-а-а…

Вот тебе и поспал.

– Сначала горячий завтрак! А потом утренний секс.

Девушка тоже села – на пятки. И надула губки.

– Я думала, ты соскучился!

– Вчера соскучился – два раза. А сегодня – уже проголодался. Разницу чувствуешь?

– Ну Ва-а-аня…

– Я за Ваню. Сначала ты меня кормишь, потом я тебя трахаю. Все честно. Давай, – легко потрепал ее по светлым волосам. – Горячий плотный завтрак – как я люблю. А потом горячий плотный секс – как любишь ты.

Блондинка со вздохом встала и двинулась к выходу из комнаты. Он смотрел ей вслед. Почему-то его подружки предпочитали ходить дома в коротких сексуальных шортиках и облегающих маечках. Была одна, которая любила кимоно. А вот пеньюары не носил никто. До Дульсинеи. Она и тут не как все. И «ауди» у нее на механике, и яблони ей подавай, и торт «Ленинградский», и порядочности и честности – на десяток хватит. Так, а к чему, собственно, Иван ее вспомнил?

– Ваня! – уже в дверях окликнула девушка.

В общем, Тобольцев позорно вздрогнул. От неожиданности.

– Героиня романа про Дон Кихота. А к чему ты ее, собственно, вспомнила?

– Ты вчера перед тем, как заснуть, бормотал что-то про Дульсинею. И еще про каких-то Росинатов, что ли…

– Росинант. Это конь Дон Кихота, – Тобольцев уже совсем пришел в себя. – Книгу недавно перечитывал в дороге.

Его собеседница кивнула и выдвинулась-таки на кухню.