Времена года

В самом настоящем гаденышевом ударе. Сначала он уткнулся в свой айфон, никак не реагируя на попытки Майи объяснить хоть что-то про доли. Потом, когда она попыталась надавить на его несуществующую сознательность, опрокинул стакан с соком на нотную тетрадь и на Майю. Крики-вопли, явление домработницы и маменьки. Когда-то во время всей этой суеты он успел разрезать ее нотную папку – но это Майя заметила гораздо позже. Тогда же, когда и испорченный рукав пальто. А в тот момент она сдалась, молча сделала домашнюю работу по сольфеджио за избалованного десятилетку и в который раз поклялась себе, что приходит сюда в последний раз, – нервов Майя здесь оставляет гораздо больше, чем получает денег.

Порезанный рукав она обнаружила уже за дверью. Выругалась сквозь зубы, но не звонить же обратно – что предъявишь? Родители мальчишки ни за что не поверят, что это их солнышко так порезвилось. Настроение упало на одно деление, пока Майя разглядывала неровный разрез на пальто. Малолетний отморозок, вот он кто. Нет, все, ни ногой больше сюда! Идея подработать на репетиторстве оказалась провальной.

Или это ее фирменное Майское везение?

То, что от избалованного ребенка пострадала еще и нотная папка, Майя поняла только на улице. Когда вдруг почувствовала, что в руке очень легкая ноша. Причина стала ясна тут же – длинный и тоже неровный разрез. Через который уже успело выпасть все содержимое папки. Вот черт! Хорошо, что отошла недалеко от дома, где жил Гаденыш. Надо просто вернуться по своим следам.

Майя обернулась, чтобы увидеть, как в пяти метрах от нее на ее собственную нотную тетрадь паркуется большой черный автомобиль.

Он и стал каплей – огромной темной каплей, вобравшей в себя все: усталость, обиду, облитую соком блузку, испорченное пальто, гадкую улыбку ребенка, уверенного в своей безнаказанности. Майя почувствовала себя героиней всех романов всех Бронте одновременно. И кинулась к машине.

Удары ладони по черному гладкому корпусу получались громкие. По крайней мере, владелец авто на них среагировал быстро.

Дверь со стороны водителя распахнулась, и из автомобиля показалась высокая мужская фигура в темном пальто.

– Майя?!

Совершенно того не желая, она думала о нем каждый вечер с той встречи. Все десять дней. Все десять вечеров. Зажимала в руке уже порядком помятую визитную карточку – даже элитного качества картон не выдерживал такого обращения – и вспоминала. Широкие плечи в темном пиджаке. Внимательный взгляд. Едва уловимый горьковатый аромат парфюма.