Полукрылые. Черные песни забвения

Но это, конечно, не будет иметь совершенно никакого отношения к вечному двигателю. Да и какой смысл? Наше умение Выпевать – это дар, зачем же растрачивать его на то, что можно и руками сделать…

– Ну от него же не убудет! – бесхитростно возразил Камиль.

Антон Сергеевич засмеялся.

– Знаете что, друзья, давайте вы эти философские диспуты будете на спецкурсе вести. А на физике будем обычную земную физику обсуждать. Как простые смертные.

Все сразу же посчитали в уме, когда следующее занятие по спецкурсу, и приуныли.

До него было еще почти две недели, учитывая, что завтра класс на неделю уезжает на соревнования.

Правда, на спецкурсе им тоже объясняли немного. Информацию выдавали небольшими порциями. Даже учебников не было. Вероника Сергеевна, которая вела предмет, просто рассказывала им весь урок разные истории из жизни Крылатых. А еще каждому из класса разрешалось задать вопрос. Но только один. Иногда учительница приводила на урок гостя. Обычно это был довольно пожилой Полукрылый, отошедший от дел, порой бывший или нынешний член городского слета, собрания самых опытных и сильных старейшин.

Но в любом случае «Крыловедение», как они между собой его называли, было самым интересным предметом в лицее. Его одинаково любили ученики всех классов. Еще бы – ни контрольных, ни домашнего задания, ни экзамена в конце года. Сравниться с ним по популярности могла разве что культурология.

Для всех, кроме Артема.

Из журнала наблюдений за Полукрылыми

Известный гамаюн: Ольга Владимировна, школьный психолог

Внешний вид: оперение дымчато-серое (лично не видел, но слышал, как одноклассники это обсуждали)

Мифология: безногая (кошмар!) птица из славянского фольклора.

По легенде, коготок птицы гамаюн дает способность видеть окружающий мир по-настоящему – со всеми его бедами, несправедливостями и жестокостями. Считается символом познания и взросления.

Особая способность: развитая интуиция, при сильных способностях даже может предсказывать будущее.

Глава, в которой психолог ошибается

Следующим уроком у десятого класса как раз стояла культурология, и это было для Артема настоящей пыткой.

Самое ужасное заключалось в том, что на самом деле культурология ему нравилась. Но ему приходилось делать вид, что это не так. А все потому, что предмет вела Милена Игоревна Титова, его мама.

Если бы ему не прилепили обидное прозвище «учительского сыночка», Артем бы с удовольствием занимался на уроках и даже читал дополнительные книги.