Секрет фермы

Он почти не принимал посетителей, но исправно приходил на работу, поэтому пробиться в его кабинет не составляло никакой сложности.

– А, Оленька, – он отвлекся от книги. – Мне только привезли новое издание Пруста. Удивительно… Всегда перечитываю с особым удовольствием. Казалось бы, один и тот же текст, а воспринимается иначе… Это другой перевод. Вы какой предпочитаете? Да вы садитесь, садитесь, не стойте.

– По правде говоря, Пруст идеален в любом переводе, – уклончиво ответила она.

Пыталась как-то читать, но не продралась даже через первый десяток страниц.

– Как вы это верно заметили, – улыбнулся Аркадий Иосифович.

В своем кресле с высокой спинкой он меньше всего походил на крупного бизнесмена. На старенького книголюба – да. Но никак не на человека с темным прошлым из девяностых. Ни дать ни взять дедушка-библиотекарь.

– Я по поводу Букатино.

– Не торопитесь, Оленька. Давайте я попрошу принести нам чаю. Молочный улун – свежайший! Моя Светочка прекрасно заваривает… А я бы зачитал один отрывок, вам понравится.

Ольга не хотела возвращаться затемно. Дорога в одну сторону далась ей с трудом. И тратить время на какую-то ерунду… Но она не добилась бы таких высот, если бы перечила власть имущим. Поэтому она с благодарным видом приняла из рук секретарши крошечную чашечку молочного улуна, с восхищением во взгляде выслушала отрывок из «По направлению к Свану», чудовищный в своей бесконечной тягучести. И, наконец, дождалась момента тишины.

– Аркадий Иосифович, а чья была идея построить отель в Букатино? – аккуратно перевела она разговор в деловое русло.

– Шефа вашего, Павла, – задумчиво ответил Гейдман.

– А срочность? Откуда такая срочность?

– Милая моя, если бы я каждое решение обдумывал годами, мы давно бы стали банкротами. Большой бизнес требует быстрой реакции и капельки риска.

– И все-таки?

– Какая же вы напористая!.. – куда-то в сторону пробормотал Аркадий Иосифович. – Ну что ж. Были слухи, что про этот участок разнюхивают конкуренты.

Она не ожидала такой прыти от пожилого философа, но порадовалась, по крайней мере, что он в своем уме. То есть дело не совсем гиблое.

– Как продвигаются дела? – поинтересовался Гейдман.

– Привезла смету на утверждение.