Лайки вместо цветов

Неизвестно, на ком было больше шерсти: на этой псолюбивой тётке или на самих собаках.

– Мы уже создали краудфандинговую платформу, собирали подписи желающих. Я лично ходила по инстанциям, но везде натыкалась на закрытую дверь. Объект культурного наследия – и точка. Понимаете? При этом здание никому не нужно, здесь ни разу за десять лет не было ни одного чиновника. Комиссия там… Ничего. Всё осыпается. Трубы гниют, несколько раз мы выгоняли отсюда наркоманов. Когда пришло уведомление от «Соло Инвест», мы поверить не могли…

Голос Ляпишевой трагично прервался, и эстафету переняла дикторша:

– Эти кадры были сняты за неделю до того, как к стенам приюта подогнали строительную технику.

Ни петиции, ни обращения к депутатам не помогли. Как выяснилось, перед законом равны не все. Некоторые равнее…

Вместо несчастных псов на грани выселения появились смазанные от спешки ночные кадры. Фонари, бульдозеры, кран с шар-бабой… Машины, которые Соломатин направил в Захарьево. Крик охранника, вопль оператора «Валера!» и помехи.

Чтобы все видели, как тяжела и опасна работа рядового репортёра.

– Что за Валера? – поморщился Костик.

– Элла говорит, что в титрах был какой-то В. Гинзбург. Он, видимо, и работал над материалом. Сучий потрох… – Матвей раздражённо досматривал кадры, на которых оператор бьётся в двери департамента культурного наследия и получает только монотонный отказ от комментариев.

– И что Элла предлагает?

– Судиться. – Соломатин убрал гаджет, чтобы наконец тронуться с парковки и с мягким рыком вырулить на дневной свет.

 – Как обычно. Ещё она считает, что это заказ конкурентов. Хочет нанять детективов, накопать на Барсукова и Фельдмана… Типа они мстят за то, что я перекупил того чувака из Сколково. Будут меня топить, чтобы акции рухнули…

– Может, и так. Нанять пресституток вполне в духе Фельдмана. Первый канал для него дороговато, но почему бы и нет? – Костя вытащил из нагрудного кармана тёмные очки-пилоты. – Помнишь, он хотел инвестировать в ресторан в центре, а в последний момент ему отказали? Через месяц этого чинуша закрыли за взятки.

Бедолага! Возьмёшь – посадят, не возьмёшь – скажут, что взял, и всё равно посадят…

– У Фельдмана полно проектов. – Матвей открыл окно, чтобы высунуть руку. Было по-осеннему свежо, но зато бодрило. Немного свежести ему бы не помешало: с того самого момента, как Элла набрала его вчера вечером, Соломатина не покидало ощущение, что его накормили кошачьим дерьмом.