Отбор без шанса на победу

Дежурные фразы, коими я регулярно обмениваюсь с доставщиками не считаются. Мне не хватает простых разговоров, но это не значит, что я простила его за последний отбор.

Достала из раковины самую грязную чашку и, не споласкивая, поставила на стол. Небрежно кинула в неё пакетик чая. Джет следил за мной, не пряча ухмылки. Незваного гостя явно забавляли мои жалкие попытки обидеть его. Зайти дальше? Плеснуть в рожу кипятком? Что я теряю?

С трудом сохраняя остатки самообладания, поставила перед ним чашку, не зная куда деть руки.

В итоге завела их за спину и замерла у стола, как официантка в ожидании чаевых.

Кха-це, не переставая улыбаться, обвёл когтем грязный ободок, а затем поднял на меня победный взгляд.

– В попытках продемонстрировать мне всё своё презрение ты забываешь что, таким образом,  становишься слабее. Нет ничего хуже равнодушия, а ко мне ты неравнодушна, я прав?

Замахнулась, чтобы врезать по его проницательной морде, но реакции Джету не занимать. Он молниеносно перехватил моё запястье, а затем дёрнул на себя.

Через мгновение оказалась у Кха-Це на коленях.

– Думаешь, после всего через что мы прошли однажды, я побрезгую пить из грязной посуды?

Мерзавец даже ухом не повёл. Напротив, прикрыл глаза от удовольствия и причмокнул, а затем отставил чашку.

– Для меня его сделала ты, крошка. Уже один этот факт делает выпитый чай лучшим на свете, – похвалил Лоулесс, а затем внезапно выдохнул: – Прости меня.

Джет извинялся крайне редко, а если и делал это, то ему действительно было жаль.

Стоило эти двум словам повиснуть в воздухе, как невидимые болты сорвало с моей души. Я обняла Кха-це за шею и заплакала, как маленькая девочка, однажды встретившая в подворотне бездомного кота, протянувшего когтистую лапу помощи.

Помню, как недоверчиво смотрела на отсвечивавшие жёлтым хищные глаза, заглядывавшие в самую душу, как опасливо косилась на грязные смертоносные когти.

– Как тебя зовут, котёночек? – Кха-це сел передо мной на четвереньки, чтобы быть одного роста.

– Не знаю.

Кончик его хвоста нервно дёрнулся, а взгляд прошёлся по шее и запястьям, на которых виднелись ссадины от верёвок. Джету не нужно было объяснять, что означали эти отметины. Кха-це прекрасно знали, что такое рабство. Тогда прошло всего несколько лет, после того, как их официально освободили и признали гражданами Империи. Однако выяснилось, что не все коты знают, что делать со своей жизнью в этом новом мире.