Педагогика для некроманта

Но я сам желал той власти, той тьмы… Обладания… – Левый глаз подернулся темной поволокой, но наваждение сошло так же стремительно, как появилось. – Отвечая на твой вопрос: ненависти нет и никогда не было.

– Со мной то же самое. Правда. Но я боюсь тебя. Даже сейчас, – призналась Мёрке.

– Правильно делаешь. Пребывание в Скьерзилдене не выжгло тех чувств. Даже не притупило. Я все тот же. Только я больше не поддамся. Я не страшусь тьмы. Инквизиторы показали мне вещи куда опаснее, – с этими словами он подошел к Натт и ловко вытащил гравштайн из чехла на ее поясе.

– Стой. Это опасно! – Она пыталась отнять кинжал, но не смогла дотянуться до рукоятки.

– Знаешь первое правило некроманта? – Синд водил клинком по коже и на мгновение задержал острие у яремной впадины. – Черт, вот же мощная штука. Я отчетливо ощущаю вибрацию силы. Прелестная работа, Натт. – Он направил острие клинка себе в сердце.

– Прекрати, пожалуйста. – Мёрке все еще протягивала раскрытую ладонь, но Синд не торопился возвращать кинжал.

– Так вот, первое правило некроманта: никогда не связывайся с душами любимых. На твою слабость откликнутся страшные порождения смерти. Твой гравштайн не причинит мне вреда, потому что я знаю его имя. Я знаю, чье надгробие ты расколола, Натт. А еще можешь передать Гостклифу, что его шантаж бесполезен, – улыбнулся Синд.

– Откуда ты знаешь про его угрозы? – поразилась Мёрке.

– Наблюдал. Слушал. Запоминал. Я не злюсь на тебя. Просто не могу. Я хотел бы, но не получается. Ты сломала мою жизнь, но подарила новую. Семья ненавидела выродка-некроманта. Поколение благородных стихийников – и на тебе! Адепт смерти. Они откупились деньгами и местом в академии. Когда же я оступился, это стало чудесным поводом отречься от паршивой овцы. Однако инквизиция открыла во мне нечто новое.

– Но если ты все знаешь… Тогда почему не сдашь меня? – Мёрке бережно убрала гравштайн на место.

– Надо бы. Только вот ведь незадача! Я уже наказан за твой проступок. Если я раскрою тебя, тогда это было зря. – Он, наконец, убрал челку с лица. Некогда ярко красная метка поблекла, оставив длинные борозды, идущие ото лба до подбородка.