Окна, зеркала и крылья бабочки. Сборник эссе о художниках

– Отличный сюжет для новой аллегории! – воскликнул Апеллес, он схватил кисть, обмакнул ее в краску и стал рисовать на деревянной дощечке, поясняя, – новый царь – это глупец с ослиными ушами. Подозрительность и Невежество – его советники! Клевета тащит за волосы невинного юношу и обвиняет его перед царем.

– Вот за это я и полюбила тебя, мой дорогой, – улыбнулась Кампаспа, – ты способен сотворить шедевр из самого заурядного события.

– А ты способна вдохновить меня на это, – отозвался художник и нежно поцеловал супругу.

Когда работа над новой картиной близилась к завершению, в мастерскую пришел Антифил.

– А ведь это я оболгал тебя перед Птолемеем, – неожиданно признался он.

– Но почему? – удивился художник.

– Потому что ты скрыл от меня главный секрет притягательности твоих картин.

– Нет никакого секрета, – пожал плечами Апеллес.

– Есть, есть! – закричал юноша.

В ту же минуту в комнату вошла Кампаспа с маленькой дочкой на руках.

– Здравствуй, дядя Антифил, – пролепетала девочка и протянула клеветнику пухлые маленькие ручки.

– Вот тебе и разгадка, – улыбнулся мастер, – мой секрет в открытом сердце и чистоте помыслов.

– О, горе мне! – воскликнул Антифил и выбежал из мастерской.

– Ты должен простить его, дорогой, он так жалок! – промолвила Кампаспа.

– Простить? – удивился художник, – да мне следует благодарить его: до его появления в картине не хватало двух очень важных фигур: Раскаяния и Правды.

Раскаяние я покажу в образе злобной старухи, которая стоит в углу и от отчаяния рвет на себе волосы.

– Потому что в глаза ей смотрит красивая девочка, по имени Правда, – догадалась Кампаспа.

Так родилась «Аллегория Клеветы». И, хотя деревянная картина Апеллеса погибла, подробное описание ее сохранилось, благодаря трудам античных историков.

По этим описаниям флорентийский художник Сандро Боттичелли воссоздал ее в 1495 году.

Фламандское окно

Свадебный танец, 1566 г.

В мастерской Питера Брейгеля, по прозвищу Мужицкий, работал его ученик и помощник Ян. Юноша покрывал лаком новую картину мастера – «Крестьянская свадьба». Завершив работу, отошел подальше, чтобы лучше рассмотреть изображение. И чем дольше он вглядывался, тем сильнее ему начинало казаться, что он сейчас на зеленой лужайке, где весело играет волынка, и готов сам пуститься в пляс.