Янтарь и Льдянка. Школа для наследников

Чем дальше он скользил взглядом по представшим перед ним фигурам, тем красноречивее становился этот взгляд, но когда он впустил нас к себе, вопрос прозвучал сухо и по-деловому:

– В чем дело?

Гвардеец первым коротко пересказал увиденное: обход, шум, пожар, труп сослуживца, не пойми откуда взявшиеся адепты. Во время доклада Риан смотрел только на меня. Еще недавно почти голубые, его глаза сейчас отливали зимней серостью, и мне стало совершенно не по себе. Чувство вины вгрызлось в душу, как голодный гарх. Оставалось только опускать ресницы, пряча взгляд, и нервно сжимать ткань подола.

– Пытался напасть на него? – Риан вдруг зацепился за последние слова подчиненного, переводя взгляд с меня на гвардейца.

Ой, мама, надо срочно вмешиваться.

– Риан, послушайте! Это… Дарел, – выпалила я, прежде чем кто-то успел произнести хоть слово.

– Какое мне дело, как его… – начал мужчина и осекся.

Его лицо на мгновение застыло. Я покосилась на Янтаря, чтобы осадить его, если опять начнет нарываться, но тот на удивление даже не смотрел в сторону офицера, с напускной внимательностью изучая корешки книг на полке.

– Понятно, – медленно проговорил Риан, беря себя в руки. – Иллар, необходимо срочно осмотреть тело Рида и все вокруг. Вы знаете, что искать. Я к вам присоединюсь, как только закончу.

– Так точно, капитан, – гвардеец щелкнул каблуками и вышел.

Я бы с большим удовольствием тоже сбежала. Гнетущая атмосфера в комнате заставляла мечтать о способности становиться невидимой или хотя бы проваливаться сквозь землю.

– Итак, будьте любезны объяснить, что вы делали вне стен школы в столь поздний час?

Лист неуверенно покосился на нас, и поскольку я продолжала пялиться в пол, а Янтарь словно вообще здесь отсутствовал, начал первым:

– Мы…

– Я хотел лично осмотреть место преступления, – внезапно перебил его огневик, заставив меня вздрогнуть и вскинуть глаза. – Взял их за компанию. Я не знал, что вокруг школы тоже есть патрули, мы наткнулись на первый, и нас отправили обратно.

Его голос звучал на удивление бесстрастно и вежливо. Неужели он держит слово?

– Он что-то сказал, прежде чем напасть?

– Нет, если не считать крика «умри», когда первый удар не удался.

– Кто-то, кроме ее высочества, в этой школе мог знать, кем вы являетесь на самом деле.

– Нет.