Дела эльфийские, проблемы некромантские

И мне было наплевать, что на нас оборачиваются прохожие.

Утро следующего дня вообще больше всего походило на репетицию сцен «похороны Тима, погибшего в неравном бою» и «плач Полли над свежей могилой». Девчонка с трудом шевелилась, ела без аппетита, а когда отправились в Академию, она едва переставляла ноги и то и дело горестно шмыгала носом, давя на жалость. Мне захотелось плюнуть на все, сгрести ее под мышку, предварительно обмакнув в какой-нибудь колодец, и уехать из Эскалиола хоть к хриссу на обед. Однако привычка все доделывать до конца взяла свое.

Когда к полудню мы дошли до Академии, у высоких створчатых дверей Полли задрожала и вцепилась мне в руку. От входа нам навстречу тут же направилась высокая фигура. Эльф? Нет, верлен, и то хорошо. Видимо, это и был тот самый господин Алмор. Я уже открыл рот, чтобы его поприветствовать, как…

– Тим! Не бросай меня-а-а-а-а! – Девчонка вдруг кинулась мне на шею с таким рвением, что я подумал: она меня задушит.

Я схватил ее за талию, пытаясь отцепить от себя.

– Pollie, отпусти меня, – просипел я, чувствуя, что еще немного, и недоразумение меня задушит, а я не хочу умирать, даже не побыв «во цвете лет».

Реакции никакой, в моей исключительной живучести девочка не сомневалась.

– И что за проводы на фронт? – скептически произнес неподалеку женский голос. Вытянув шею, я разглядел впечатляющую девицу с черным каскадом волос, небрежно завязанных в хвост, насмешливо глядящую на нас зелеными глазами.

– Я пытаюсь ей объяснить, что учиться лучше, чем бродить по трактам, – выдавить это удалось с большим трудом.

– Как тебя зовут? – Девушка обошла меня по кругу, как ценный экспонат, и переключилась на недоразумение.

– Ее зовут Полли, – пробубнил я, ибо демоница только крепче сжимала мою шею и отказывалась реагировать на все, что происходит вокруг.

– А меня – Хельга.

Лично у меня доверия эта девица не вызывала, но если у нее получится снять с меня Полли, то я закрою на это глаза.

О, чудо, демоница неожиданно соизволила отцепиться от моей многострадальной шеи, однако праздновать победу было рано. Цепкие пальчики клещами сжали руку. Я мученически возвел глаза к потолку.

– Ой, Тим, смотри, какая красивая! А ты здесь учишься?..