Дела эльфийские, проблемы некромантские

Allanei! Упоминая про большинство темных, предпочитающих не заглядывать в Квирин, я, кажется, не учел меньшинство.

Поспешно накинув капюшон и заработав озадаченный взгляд Полли, я догрыз пирожок, чтобы добро не пропадало, и, кинув хозяину монету, направился к выходу. Эльфы, кажется, не обратили на меня внимания. Но надо же было сынишке хозяина додуматься кинуть огрызком яблока в одного из посетителей! Тот взревел, словно в него нож всадили, вскочил, локтем пихнув меня в живот. Почти. Я отскочил на пару шагов и почувствовал, как с меня сползает капюшон.

– Dan’elle! – ахнул один из них. – Ta…

Я не стал дожидаться, чего он еще ляпнет, схватил Полли за руку и вылетел из харчевни, словно за мной гналась стая хриссов. Оглянувшись, я убедился, что стая или не стая, но парочка решительно настроенных темных определенно наличествует. Я прибавил ходу, Полли летела за мной, через раз касаясь земли.

– Что случилось?! – крикнула она, когда я начал петлять по переулкам.

– Полли, тебе не кажется, что сейчас не время?

– Не ка… а-а-а-а!

Споткнувшись, девчонка с удвоенным ускорением влетела в меня, и мы покатились по земле. Я больно проехался щекой по песку, Полли тюкнулась головой о стену и потеряла сознание. Хрисс! Я вскочил, сунул руку в карман, и в то же мгновение в переулок влетели мои преследователи.

– Dan’elle… – снова начал все тот же эльф. И снова не успел закончить: подкинув на ладони увесистый шар, обтянутый замшей, я запустил его темному прямо в лоб.

Второй темный решил благоразумно промолчать, вытягивая из ножен клинок. Шар снова метнулся вперед, но, наткнувшись на сталь, отскочил обратно. Глаза эльфа хищно сузились, и он рванул на меня. Правда, он, кажется, забыл, с кем имеет дело, или слишком долго вращался среди людей. Потому что подозрительно просто мне удалось повернуться боком, пропуская лезвие мимо, и заехать локтем ему в челюсть.

Я снова машинально подкинул шар на ладони и собирался уже убрать его обратно в карман, как…

– Ой, а покажи-покажи! Я такого никогда не видела! – неизвестно, когда Полли успела прийти в себя, но неуемное любопытство из нее, очевидно, не выбивалось никакими ударами.