Чернолунье

Байард ещё с минуту хмуро всматривался в его лицо, потом протянул ему свою грубую жилистую руку. Юноша ответил на рукопожатие и чуть поморщился от сильной хватки наёмника.

Он сказал, что подождет на улице, когда Лилит, пыхтя от негодования, накинулась на старика.

– Ты что, избавиться от меня решил?! Неужели так сильно терпеть меня не можешь!

– Не в этом дело. Я хочу помочь тебе. Ты же всегда желала уехать отсюда.

– Я у тебя помощи не просила! – рявкнула Лилит, стукнув кулаком по прилавку.

– Ты ещё не понимаешь, что твои поступки разжигают пламя, которое ранит других и, в конце концов, тебя же сожжёт.

– Не неси чепухи, старик, – прошипела она, – я всегда справлялась одна! Никогда ни на кого не полагалась! Почему же сейчас всё должно измениться?!

– Я не вечен, Лилит… – начал он, но вздохнув, передумал продолжать. – Нет. Я дам тебе совет…

– Мне уже по горло твои советы! – перебила она и заткнула уши, замотала головой.

– Я даю тебе последний совет! – прикрикнул наёмник и сказал серьёзным тоном: – Я хочу, чтобы ты внимательно слушала.

Лилит перестала мотать головой, опустила руки. Косая чёлка упала на лицо, так что Байард не мог видеть её глаз. Когда он начинал говорить серьёзно, лучше было не перечить.

– Мой тебе совет, уходи с эти мальчиком. Уезжай с ним в столицу, уверен – он тебе поможет, – Байард кивнул в сторону выхода, где приблизительно сейчас за дверью дожидался её Дай.

Лилит хотела возразить, но он прервал её жестом и продолжил:

– Ты не приносишь беды, – хмыкнул старик без тени улыбки. – И я не знаю, с чего ты взяла, что эти суеверия не просто «брехня».

Лилит закусила губу.

– Если тебе сложно доверять людям, то попробуй с этого мальчишки, я чувствую, он неплохой человек. Сделай, как говорят, хотя бы раз в жизни!

Лилит ничего не отвечала, тень падала на лицо, и непонятно было: злится она или пытается усмирить эмоции.

Вдруг она резко развернулась и направилась к выходу. У самой двери остановилась, словно что-то хотела добавить, но крепко сжав ручку, распахнула дверь и вышла в ночь, ни разу не обернувшись.

Улицы заволокла темень и сырой туман. Уже давно наступила полночь. Прохладный воздух освежал разгорячённое лицо Лилит. Щёки ещё горели, но руки оставались холодными. Яркая луна подмигивала с небосвода.