Чернолунье

Это подорвало его репутацию в глазах людей, властей и высшего света.

Добивался ли этого злодей? – неизвестно. Зато теперь на все действия Даймонда смотрят с подозрением.

Стражник осмотрелся по сторонам и нехотя рассказал:

– Ходит слух, якобы среди вчерашних воров была убийца Шрам, – он с опаской глянул на Дая и сглотнул. – А еще, говорят, именно она убила Хранителя.

Дай стиснул зубы. Теперь к поводам прикончить Шрам добавился ещё один. В этот раз он точно не упустит шанс. Больше никто из его друзей не умрет по вине «Гиансарского Потрошителя»!

Дай убьёт её!

Стражники испуганно уставились на него, как кролики на голодного волка.

– Спасибо за информацию, – проворковал юноша и, запахнув черный сюртук, направился к станции.

?

В своем купе Дай сидел один. Паровоз давно отбыл из депо, но соседа по вагону у Дая не появилось. Это радовало, можно спокойно побыть наедине с собой и всё обдумать.

Ему предстояло отправиться в Краз, встретиться там с информатором и вернуть камень.

Только дурное предчувствие занозой засело в сердце Дая.

Слишком много вопросов возникало:

Кто украл камень? Шрам? Но зачем? Она же убийца, а не воровка.

Тогда кто за всем этим стоит?

Неизвестно…

Все очень запутанно.

Его просили только вернуть камень, а не копаться в «грязном белье». Но даже так – загадки нужны, чтобы их разгадывать.

Дай выглянул в окно, за ним мерцали городские пейзажи с вонючими заводами, выбрасывающими чёрный пар из труб, и мрачными домами с пыльными улицами.

В отражении позади себя Дай заметил хрупкую фигуру. Девочка-подросток в белом сарафане.

Кожа бесцветная, мертвенно-серая и просвечивает. Темные волосы плывут по воздуху, как под водой, змеясь и колыхаясь, словно водоросли. Подол платья колышет неведомое течение.

Она совсем не изменилась с того дня.

И почему Дай представляет её призрак так? Будто она утопленница.

– Зачем явилась? – неприветливо бросил он, сверля взглядом отражение девочки. На пустом лице – без глаз, рта или носа – не отразилось ничего. Ответа также не прозвучало.

В этом образе девочка никогда не говорила с ним. Просто стояла позади и таращилась своим размытым лицом. Но в этом молчании Дай всегда улавливал немой укор, и сердце его ныло.

– Исчезни! – рыкнул он. – Ты всего лишь галлюцинация. Фальшивка.