Только ты

Затем произошло покушение на короля, о котором я слышала столько слухов… даже не знаю толком что произошло. В тот же вечер в мои покои ворвалась стража, и меня назвали причастной к отравлению короля. Доказательств предоставлено не было, но мое происхождение посчитали достаточным, чтобы заточить в подземелье. Ко мне несколько раз приходил следователь, который не пожелал представиться. Он очень активно допрашивал меня, но, видимо, посчитал, что я не самая главная фигура в этом деле. Получив от меня всю возможную информацию, он не прекратил свои посещения.

– Он… сделал нечто… недостойное? – Стальным голосом поинтересовался лорд. Девушка заметила, каким жестким сделался его взгляд.

– Нет. – Опустив глаза, тихо ответила она. – Сначала он пытался, но братья научили меня защищаться, поэтому он быстро утратил интерес и перестал приходить.

– Бьорну с этого дня будет запрещено впускать кого-либо, кроме меня и моих людей.

– Да, в общем-то… больше никакой информации у меня нет. – Пожала плечами Элинор.

– Как это? Вам не сообщают о ходе расследования? – Удивился лорд.

Элинор отрицательно покачала головой.

– Благодарю за честность. – Мужчина встал, сделав пару шагов к двери, а затем остановился и окинул взглядом камеру. –Вам еще что-нибудь требуется?

– Нет, благодарю Вас, лорд Даймонд.

Лорд задержался в дверях, послав напоследок долгий взгляд Элинор. Щеки девушки смущенно вспыхнули под внимательным взглядом серо-стальных глаз. Когда мужчина и стражи покинули камеру, девушка вздохнула спокойнее. Напряженный разговор закончился, но ощущение тревоги не проходило. Спустя пару минут вошел Бьорн. Страж поставил перед девушкой поднос с едва ли не королевской сервировкой.

– Вы ничего не перепутали? – С сомнением уточнила Элинор.

– Никак нет, госпожа. – Страж смущенно помялся, и попыхтел, прежде чем продолжить. – Прошу прощения, мне было запрещено обсуждать с Вами дело покушения.

– Я понимаю, Вы только выполняли приказ.

Страж кивнул и удалился.

Переключив свое внимание на ужин, девушка погрузилась в раздумья. Сколько бы она не размышляла о ходе дел, у нее были те же вопросы, что и у лорда.