Страх, который меня насыщает

– Конечно, будешь, я в этом уверен… – Парень улыбнулся улыбкой, больше походящей на оскал. – Ты не хочешь умереть голодной смертью, не узнав ничего о своей семье. А узнать это получится только после того, как ты выполнишь мою просьбу… Но если у тебя вызывает затруднение поглощение пищи… – Дамиан напрягся всем телом и нагнулся к девушке, сокращая между ними расстояние, прошипел: – Я тебе лично буду в глотку пихать еду.

– Что ты хочешь от меня? – пропустив мимо ушей угрозу, спросила Стефания.

Дамиан ухмыльнулся.

– Чтобы ты не делала глупостей.

Девушка замерла. Спина будто онемела и прилипла к стене. Она не знала, что сказать. Услышанное так разнилось с тем, что крутилось у нее в голове, что казалось, будто два полушария спорили между собой.

– Что? – разрушил затянувшуюся тишину шепот.

Дамиан, видимо, и вправду наслаждался ситуацией. Черные глаза игриво сверкнули, не скрывая явное торжество своего обладателя.

– Не делай глупостей хотя бы пару дней.

Девушка наигранно опустила взгляд на экран телефона

– Ты хочешь, чтобы я стала твоей говорящей куклой на батарейках?

Дамиан медленно поднялся и поправил слегка растрепанные волосы. Глаза зажглись адским огнем.

– Нет, amore. Женой… – и он расплылся в улыбке.

– Что… что ты говоришь? – бледные руки поползли вдоль стены. Стефания пыталась встать… – Ты псих… Ты меня совсем не знаешь. Мы не знакомые друг другу люди.

Улыбка пропала с лица парня, и уже через секунду хрупкое тело покоилось в чужих руках. Дамиан аккуратно потянул за талию вниз.

Он, убедившись, что Стефания вернулась в прежнее положение, выпрямился.

– Не вставай, – послышался шепот. – Я попрошу Джози принести еще еды. И надеюсь, на этот раз ты поешь. – Он развернулся и подошел к двери. Значит, разговор закончен… – Вечером тебя отведут наверх…

Итальянец вышел, забыв показать перевод его слов.

Девушка и так все поняла. Измученное тело упало на холодный пол, и комнату заполнили звуки: тихие всхлипы и глухие удары кулачками об бетон.

Комната

Вечер. Снова темнота. Снова Стефания наедине с мыслями, только теперь эти мысли съедают девушку: воспоминание о счастливой жизни, без похищения и страха. Вот о чем она теперь грезила. Та, уже такая далекая жизнь совсем недавно была чем-то раздражающим и надоевшим.