От жалости до любви

Кея чувствовала себя голой. Она неуютно ёжилась, краснела и радовалась тому, что пышная вуаль скрывает её лицо. Наконец, они подошли к кругу. С другой его стороны стоял жених под руку с его дядей – лордом Эрдариусом. Голоса стихли. В зале воцарилась тишина.

– Жених и невеста, войдите в круг, – вдруг раздался мужской голос. Кея вздрогнула. Она знала, что в свадебной канцелярии церемонию проводит служащий, но голос застал её врасплох. Она поискала его глазами – и, правда, мужчина средних лет, с натянутой улыбкой на тонких губах, в белом фраке, стоял за столом в углу залу.

Она сделала шаг в круг. Мистер Рихтор тоже шагнул навстречу ей. Кея не смотрела на него, чувствуя, как заливается краской. Скорей бы это мучение закончилось! Как она мечтала пойти под венец с Саем… Служащий, тем временем, забубнил:

– Дорогие гарлетонцы, мы собрались здесь в такой прекрасный день, чтобы присутствовать на церемонии…

Кея не слушала его.

– Мистер Рихтер, согласны ли вы взять в жёны Келинду Гарстон? – Церемония началась. О, пусть бы он сказал нет! На долю секунды Кея замечталась об этом, но потом твёрдый голос её жениха развеял все грёзы:

– Согласен.

– Келинда Гарстон, согласны ли вы выйти замуж за Грегора Рихтера?

О, Творец! На мгновенье она закрыла глаза и представила, как говорит «нет», но Саймон… Она вздохнула, и напряженно ответила:

– Согласна.

– Поднимите ваши правые руки, откройте ладони и соедините их.

Кея знала, как совершается свадебная церемония, поэтому ничего необычного в этой просьбе не было. Но она всё равно затрепетала, как раненая птица, когда её ладонь соприкоснулась с ладонью жениха. Его рука была шершавая и тёплая. Они соединили ладони, и луч света переместился на их руки. Кея испытала странные чувства, стоя в круге света ладонь к ладони неизвестного дотоле человека. Она украдкой подняла глаза на своего жениха и тут же опустила – его выражение лица показалось ей очень странным.

– Поздравляю. Вы теперь муж и жена. Подойдите сюда и поставьте свою подпись, – скучный голос служащего разорвал какое-то хрупкое волшебство, которому не было даже названия. Новоиспечённый муж подал Кее руку. Она с трепетом положила на неё свою, радуясь, что не надо снимать вуаль.