Ледяной рыцарь

Он посмотрел на меня в ответ. В комнате повеяло стужей. (А может это просто мне стало холодно). Его глаза, синие, холодные как лёд, смотрели на меня. И я почувствовала словно падаю в пропасть, лечу в бездонный колодец, чтобы там замёрзнуть. Передо мной плясали метели и пели вьюги. Я с трудом помотала головой и отвела взгляд, сбрасывая оцепенение. Морок исчез, словно его и не было. Ну уж нет! Я не поддамся! – А если вы заставите меня, я буду жаловаться Его Величеству!

Я понятия не имела, что сможет противопоставить король Ледяному Рыцарю и его королеве и захочет ли, но старалась верить в то, что говорю.

Рыцарь рассмеялся. Холодный смех его был похож на ледяные колокольчики.

– Что мне до ваших королей и королев? Я подчиняюсь только Царице Ночи. Она моя госпожа. И если она захочет – ей достаточно только двинуть пальцем, чтобы этот маленький городок исчез с лица земли. Или ты поедешь со мной, или они все умрут. – И кивнул головой на маму и Даю с няней.

Я вздрогнула. Из груди как будто разом исчез весь воздух.

Ледяной рыцарь протянул вперёд свою руку. На его ладони заиграл снежный вихрь, всё увеличиваясь в размерах, а по стенам пополз иней. Он не трогал меня, но всё ближе и ближе подходил к обнявшимся маме с сестрёнкой. Вот превратился в лёд стол, на котором остывали праздничные кушанья, вот замёрз старый железный светильник, закачался и не выдержал, упал на пол и разбился на мелкие кусочки.

– Стойте! Остановитесь! Я пойду с вами! – Крикнула я стараясь перекричать бурю. Но рыцарь, казалось меня не слышал. Он застыл с вытянутой рукой. Глаза его светились синим. Он был страшен. Да что там! Пугал до ужаса. Я сжала губы, чтобы не закричать и бросилась к нему через метель. Я не дам маме и сестрёнке погибнуть.

Я дотронулась до перчатки рыцаря и холод, казалось, пронзил меня до самого сердца. Я почувствовала вдруг что умираю или замерзаю насмерть – какая разница. А потом внезапно всё прекратилось. Рыцарь опустил руку, и я поняла, что стою рядом с ним, вполне живая. И лёд и иней на стенах исчезли, словно их и не было. Вот только мама рыдала, прижимая к себе Даю.

– Идём. – Рыцарь был немногословен. Я вздохнула. Почему то мне не было страшно.