Чаша из Долины Жизни

Теперь понять бы, как и чем разжечь огонь и приготовить кашу. Еви смутно представляла, как происходит процесс приготовления еды и растапливания печи. Да и этим представлениям она была обязана лишь детским воспоминаниям и часам, проведённым на кухне. После долгих поисков, она наконец-то обнаружила в одном из горшков кремень и огниво, заботливо убранные в тряпицу, и, с благодарностью, подумала об охотниках, оставивших это всё без замка, в помощь случайным путникам. Теперь оставалось самое сложное – найти воды и хвороста.

Еви открыла засов на двери, готовая тут же закрыть его снова, если что-то напугает её. Но в лесу было, на удивление светло и спокойно. Охотничий домик стоял на поляне, окружённой елями и соснами со всех сторон. И, хотя, под их сводом было темно, на избушку падали тёплые, ласковые солнечные лучи. Она даже загляделась на несколько минут. Картина лесной поляны, утопающей в ярком свете, будила в ней мечты и воспоминания. Но долго так стоять она себе не позволила. Если охотники построили здесь свой дом, значит где-то неподалёку должен быть ручей.

И Еви отправилась на его поиски. Ноги утопали в высокой мягкой траве, а голова кружилась от новых запахов и птичьих трелей. Днём она не боялась потеряться, хотя уходить далеко и не осмеливалась. Недалеко от поляны, с южной стороны нашёлся говорливый, чистый, хотя и маленький ручей. Девушка обрадовалась ему, как будто нашла родную душу. Весь милый её сердцу южный Тур'Адор был пронизан ручьями, как искрящейся серебристой паутиной.

Она тут же сбегала в избушку за посудой и принесла воды, затем подвернула подол своего свадебного платья и принялась неумело наводить порядок. Скоро окно, стол, лавка и печь были немного приведены в надлежащий вид. Потом Еви попыталась промыть крупу. Её вид вызывал у девушки стойкое отвращение, но делать было нечего – голод давал знать о себе всё сильней.

Евмения ходила и собирала хворост. Она не знала, сколько его нужно и поэтому старалась принести до темна как можно больше, чтобы не замёрзнуть. В избушке не было никакого одеяла или тёплой одежды, которой можно было бы укрыться. Наверное, всё, что не истлело от сырости, съели мыши.

Пока Еви носила хворост, ей стало жарко, и она сбросила плащ.