Батареи Магнусхольма

Хотя все шло гладко и попытка похищения русских авиаторов, перестраивавших обычный «фарман» в самолет-разведчик, практически удалась… В последний момент вмешались русские, в последний момент! И даже непонятно, кто вмешался. Пудель, побывавший впоследствии на Солитюдском ипподроме, превращенном в аэродром, доносил: возникли из мрака и исчезли во мраке, а ночное преследование самолета двумя всадниками по описаниям очевидцев вообще похоже на сцену из дешевого народного романа.

Вроде бы Ронге – шлезвигский род, думал Зайдель, но под кем только не был этот Шлезвиг, и под Данией, и под Пруссией, и под Австрией, и кто туда только не залетел полвека назад, в буйную военную пору, поди теперь разберись…

Ронге меж тем принял решение и выстроил план первых действий.

– В Риге должны жить и вращаться в свете Атлет, Щеголь и Дюнуа, – сказал он. – И кого вы рекомендуете им в помощь?

– У Щеголя есть жена, Клара, если помните. Два года назад родила сыночка и теперь могла бы воссоединиться с супругом.

Супружеская пара, как вы понимаете…

– Правильно, Зайдель. Супружеская пара непобедима. Особенно если дама не обременяет себя устаревшей моралью…

– До свадьбы, говорят, не обременяла.

– Тем лучше. Затем – доставьте ко мне Птичку.

– Будет сделано, господин Ронге.

– Атлет, Щеголь, Дюнуа, Клара, Птичка… Еще Бычок, но его без особой нужды трогать не будем… Хватит, пожалуй. К счастью, о способе появления в Риге думать не придется – способ на сей раз отменный…

– Именно так, господин Ронге.

– Хотел бы я знать, отчего сорвалось то дело и где теперь Альда.

Зайдель вздохнул – он тоже не знал, куда спрятали Альду, а главное – кто спрятал, и в зависимости от этого – какими сведениями она поделилась.

В том, что женщина была жива, ни Ронге, ни Зайдель не сомневались.

После того как попытка выкрасть с Солитудского ипподрома-аэродрома авиаторов и конструкторов потерпела крах, Ронге, естественно, попытался выяснить судьбу своих агентов – Тюльпана, Кентавра и Альды.

Пудель узнал, что Кентавр и Тюльпан были взяты живыми, причем Тюльпан – настолько тяжело ранен, что, возможно, уже приказал долго жить. Альда же исчезла – и, насколько Ронге понимал ее натуру, исчезла за солидное вознаграждение. Ее могли загнать в угол и перекупить русские. В Риге были замечены французские агенты – это могло оказаться их рук делом.