Жених не моей мечты

При моем появлении на его лице отразилось облегчение.

– Рад, что вы все же пришли на ужин! – поприветствовал он меня.

– Вы переживали, что я могу просто взять и уехать? – ахнула я.

Не думала, что небольшая задержка может заставить нервничать уважаемого человека. Он ничего не ответил, но по его взгляду я поняла, что попала в самую точку.

– Вряд ли без вашего желания смогу покинуть этот дом, – хотела его успокоить, но вышло наоборот.

– Вы вольны делать, что хотите, в том числе и покинуть этот дом, стоит лишь попросить любого слугу подать карету! – поспешил он заверить меня.

– Я не хотела вас обидеть. Если сказала, что постараюсь, значит, так оно и будет. В случае, если я буду вынуждена расписаться в своем бессилии, вы узнаете об этом первым! – гордо вскинула подбородок.

Пусть не думает, что я могу вот так сбежать, испугавшись фронта работ.

Мы так и стояли друг напротив друга, будто примериваясь, присматриваясь.

А затем профессор вдруг протянул мне руку и с широкой улыбкой проговорил:

– С вами приятно иметь дело, нира Кливинг!

Я протянула в ответ.

А вместе и с рукопожатием передала и составленный список.

– Вот это мне нужно очень срочно!

Профессор внимательно все изучил, каждый раз, как его глаза перескакивали на новую строку, он удовлетворенно кивал.

– Будет у вас с раннего утра, в моих лабораториях все необходимое для приготовления лекарств.

– С вами тоже приятно иметь дело! – деловито проговорила я.

Я отведала прекрасный ужин. Мне еще не доводилось есть такие деликатесы.

Только после того, как допила чай с десертом, профессор пригласил в кабинет. Он был под стать владельцу. Строгий, но современный. Темные шкафы и стол стильно гармонировали со светлыми стенами и огромным окном с такими же светлыми портьерами.

Я присела в глубокое темно-синее кресло и приготовилась слушать.

– Сейчас Кристоф находится практически все время во сне. Я пою его эликсиром, чтобы он не чувствовал боли. Кормлю специальными питательными смесями через трубку.

Как только он приходит в себя, то начинает страдать. Мне, как любящему родителю, тяжело смотреть на это, – печально начал он рассказывать о моем пациенте.

– Но что с ним произошло? Я даже представить не могу себе ситуацию, при которой человек мог бы получить такие раны.

Мужчина, сидящий по ту сторону стола, на секунду замер, потом откашлялся и заговорил:

– Мы с ним проводили эксперимент. В какой-то момент он вышел из-под контроля.