Землянка для проректора

Теперь наш дом здесь, на Земле малышке делать нечего, все-таки она больше унаследовала от отца, хоть и не демоница.

На огромном тренировочном поле уже собирались студенты. Внезапно меня подхватили крепкие мужские руки и закружили на месте. Это точно не Зандер, его запах я узнала бы из миллиона.

– Дарко! – воскликнула я.

Парень поставил меня на землю и развернул лицом к себе. В его глазах плясали чертики. Высокий, красивый – что ему во мне-то приглянулось? Вон на Мари посмотрел бы, они неплохо вместе смотрелись бы.

– Ты вернулась! – с придыханием проговорил он.

– Вернулась, – улыбнувшись, кивнула.

Его рука снова потянулась ко мне, но я отпрянула.

– Дарко, если ты считаешь, что я в этом году схожу с тобой на свидание, то сильно ошибаешься! – хитро подмигнула ему.

Мне было неприятно расстраивать парня, но у нас с ним ничего не может быть общего, тем более что я стала матерью.

– Это мы еще обсудим! – не унывал вампир.

– У меня есть ребенок! – выпалила я и чуть не зажмурилась, вовремя себя остановив от этого детского жеста.

Парень стал похож на застывшую восковую фигуру в музее: ни один мускул не дрогнул на его лице, скорее, наоборот, застыл. Я помахала рукой перед его носом, но он продолжал стоять неподвижно и пялиться в одну точку.

К нам подошла Мари, я повернулась к подруге и спросила со всей серьезностью:

– А что, вампиры умеют превращаться в статуи?

– Ну, – окидывая взглядом парня, протянула подруга. – Я слышала, что такие случаи возможны, когда вампиры-тысячелетники превращались в камни, но чтобы молодые – нет, такого не припомню!

– Значит, у него шок! – констатировала печально я.

– Что ты ему рассказала? – прищурилась Мари.

– Что мамой стала! – пропищала я.

– Вот так просто, без подготовки, без того, чтобы рассказать о подлеце-отце, которого у ребенка нет! – очень эмоционально зашептала девушка, чтобы нас никто не услышал.

Но у вампира слух был отменный, несмотря на то, что сам он погрузился в транс, его мозг активно воспринимал поступающую информацию.

– Нет отца? – бодренько произнес он.

– Это порицается? – прошипела я.

– Мной? – удивился оживший парень. – Ни в коем случае!

Понятно, даже ребенок от другого мужчины его нисколько не смущает, ну не странный ли человек? Вернее, не странный ли он вампир? Хотя не могу судить обо всех вампирах по знакомству только с одним из их представителей.

Послышался протяжный звук, который возвещал о построении.