Практика выбора

Я открыла дверь и меня снесло двумя вихрями. Мне было девятнадцать квадраронов, моим братьям восемь. Два вихрастых пацана вцепились в меня с двух сторон. А вот третий – Гарон, как главный стратег, выскочил из-за угла с макетом бластера.

– Акор! Сдаюсь! Предлагаю выкуп, если отпустите, – я вступила в переговоры.

– А что у тебя есть? – сразу сообразил Гарон.

– Пошли на кухню, о великие космические пираты, – усмехнулась я, снимая обувь. Младший, Алон предусмотрительно взял у меня пакет. Сумку и обувь я поставила в шкаф.

Каарон, самый нетерпеливый, схватил меня за руку и потянул на кухню. Там уже вовсю с ужином суетилась мама. Как-то она пыталась привлечь братьев к готовке, но они так быстро превратили кухню в место боевых действий, что им было назначено ежедневное дежурство на кухне по одному. А Люка нигде не было видно.

– Акор, Агния! Скоро придет папа. Через пятнадцать минсин ужин, – мама стояла ко мне спиной, помешивая рагу.

– Мам, я принесла фрукты, – как-то виновато сказала я.

– Фрукты? Откуда? – мама повернулась, мгновенно оценила мое состояние, – Алон, мешай рагу. Она подошла и обняла меня. Я чуть не расплакалась.

– Ну, детка, все поправимо, – меня похлопали по спине. – Ты же уже большая.

Это фраза стала спусковым крючком, и я содрогнулась. Я не плакала даже в той ситуации, когда мне грозили высылкой и тюрьмой. На миг мне показалось, что мама растерялась. Если не брать в расчет мое увлечение, в целом я была беспроблемным ребенком.

– Так, давай, ты не будешь распускать нюни. Мы поужинаем, ты успокоишься и решим. Так откуда фрукты?

– Я помогла знакомой Саары с научной работой. – сказала я, вытирая слезы и переключаясь на поиски Люка.

Хлопнула дверь. С радостным гигиканьем братцы помчались встречать папу. Даже Алон утопил ложку и подался за братьями. На выходе с кухни получил легкий подзатыльник от мамы, что, как известно, является лучшим способом передачи информации от одного поколения другому.

Осознал свой промах и дал задний ход к плите.

– Акор всем! Эсмирианна Лорея, милая, я дома. – папа всегда называл маму полным именем, хотя большинство друзей и родственников называли ее Эсми. При этом он добавлял ласковые словечки, что вместе с официальным именем звучало странно на первых порах. Мне слышалось в этом и уважение и нежность. Я выпрямилась и вдохнула. Не хотела, чтобы папа видел мою слабость. Надеюсь, меня не заложат маленькие разбойники.