Эхо шума

Сперва перепугался до одури, но потом понял: что бы там ни пряталось, неким доктором, лишившимся спасительного щита скафандра, оно перекусывать было не намерено. По крайней мере, сейчас.

Воздух гудел, и это нервировало. Стены овивали жгуты проводов, из которых иногда с шипением вырывался пар. Здесь не было ни плитки, ни обоев, ни плакатов, картин или каких-либо еще декоративных украшений. Сплошное железо: пыльное, но, на удивление, не ржавое.

Ни Фархада, ни Лени рядом не было. Оставалось надеяться, что вляпался так он один.

Он снова запрокинул голову. Воронка сверху, через которую он сюда попал, была закрыта. Ребята могли как остаться на том уровне, так и выкатиться чуть раньше него. Или позже.

Он смерил глазами пол. Сложно было сказать, что пряталось здесь под жижей внизу. Если он и вправду оказался в подвале – это плохо. Сильно много этажей ниже управления. И он и примерно не представлял, как отсюда можно было выкарабкаться наверх.

В теории, можно было попытаться поискать, как включить верхний свет, но что-то ему подсказывало, что не стоило.

А был как раз тот случай, когда отдыхавшей логике следовало прислушаться к тому, что нашептывали кишки.

Очень не хватало фляги чистой воды. Аккумулятор искрил в наручных часах. Он проверил связь и приподнял бровь на где-то с сотню, если не тысячу, пропущенных. Все были либо от Сина, либо от Энси. Он неловко почесал щеку. Поскреб блёсток-глаз попугая на свитере. Набрал ответ. Ничего.

Его приветствовал белый шум – тот самый, что давным-давно шел по ящику, когда ничего другого не было.

На пару с костюмом откинула коньки и связь?

Он повторил набор раз двадцать. Еще где-то с десять – капитану, еще семь – Лени. Потом стал чередовать. Снова Фархаду.

Над головой что-то сверкнуло, но он принудил себя сохранять спокойствие. Не то, чтобы он мог что-либо поделать. Бежать было некуда. А вот связь попробовать наладить – вполне можно. Хотя на сухое место выйти было бы хорошо.

Он на всякий случай прощупал стены.

Все еще ничего.

Пол тоже был абсолютно нормальным: твердым и цельным. Ничегошеньки необычного.

Выбора тогда оставалось два, нехитрых. Вперед или назад. Позади что-то скрежетало. Можно было пойти проверить. Но не нужно.

Стояние на месте ему помочь не могло. Да, впереди его могли сожрать. На него потолок мог рухнуть, или вакуум мог прибить, в конце концов. Но ведь всё это было только возможно, так? А торчание на месте было гарантией. Гарантией того, что он помрет.