Царство пустоты

Накинув длинную тунику, я побросала свои вещи в купленную в аэропорту пляжную сумку и направилась в отель.

Время на часах, что называется, было детским. И чем занять вечер я не знала совершенно. Одно было очевидно – в номере лучше не оставаться, иначе собственные мысли меня растерзают.

Войдя в лобби отеля, я заприметила подле афиши своего сегодняшнего знакомца. Юрий вместе с высокой блондинкой стояли ко мне спиной и с пристальным вниманием разглядывали крупноформатный портрет Катарины.

– Сволочь, – неожиданно зло прошипела блондинка.

– Тише, – тут же наставительно шикнул Юрий.

– И не подумаю! Из всех певичек он притащил сюда именно эту!

– Нравится тебе или нет, – тихо шипел Юрий. – Но публика ее обожает. Билеты и здесь, и в казино распродали за считанные часы.

– Этой девки в городе почти пять лет не было и ничего, не разорились.

– Будь благоразумна. За столько лет Артем и думать о ней забыл.

– А если нет? Почему я должна терпеть эту девку в своем городе?!

Взяв чересчур высокую ноту, блондинка заставила Юрия понервничать.

Мило улыбнувшись, я как ни в чем не бывало зашагала к стойке администратора. Ресепшен находился на моем пути, потому заподозрить меня в столь наглом подслушивании было невозможно. А администратор, сама без стеснения гревшая уши, на чужое любопытство внимания и вовсе не обратила.

– Добрый вечер, – начала я. Девушка улыбнулась и заговорщицки спросила:

– Хотите арендовать машину?

– Читаете мои мысли.

Пока администратор звонила коллеге, Юрий подвел ко мне блондинку и любезно представил:

– Дина, знакомьтесь, это Алла, владелица отеля и мать нашей прекрасной Леси.

– Очень приятно, – заверила я, делая вид, что не замечаю ни ее ненавистно-завистливого взгляда, ни недовольной физиономии.

Алла не считала нужным со мной знакомиться, более того, это было ниже ее уровня. И это понятно: царице морской с рыбешками общаться негоже.

Как и некоторые дамочки ее возраста она ненавидела молодость и красоту во всех ее проявлениях. И любая женщина, обладавшая хоть крошечной толикой столь ценных сокровищ, сразу и навсегда становилась ее злейшим врагом.

И чем больше она боролась за собственный образ и фигуру, тем жесточайше ненавидела соперниц.

Хотя корить природу за недостаток собственной красоты она была не в праве. Когда-то и она была очень хороша собой.