Туманности подсознания. Рассказы

– Вы починили лифт? – спросила одна из них.

Лифтер расхохотался. Его смех поддержал другой.

– Нет, конечно, вы что! Кто лифты за полчаса чинит? – не прекращая смеяться, ответил лифтёр. – Мы выслали к вам нашего помощника. Он всё осмотрит и нам сообщит. Мы уже там займёмся ремонтом.

– А почему вам сразу не осмотреть наш лифт?

– Ха! Ещё чего? Руки марать грязной работой? Нет, спасибо.

Лифтёры, под совместный хохот, сели в старый ВАЗ и покинули двор. Да, они назвали осмотр лифта «грязной работой».

Она, видите ли, для тех, у кого стан пониже.

– Так и надо было Славке! Вечно он свою сатанинскую музыку на всю квартиру слушал! Это она виновата! – возникла опять та беззубая бабка, словно забыв о двух мужчинах.

Но Славкина музыка здесь совсем не причем. Как было сказано ранее, он стал третьей жертвой лифта-убийцы (такое название ему дали дети, которые расписали весь лифт изнутри одним и тем же словосочетанием). И везде один итог – задохнулся! Даже пловец Серёжа с девятого этажа, у которого дыхалка ого-го, не смог просидеть в застрявшем лифте ровно двадцать три минуты.

Чёрт! Всего двадцать три минуты! Ну, нереально было задохнуться! Не-ре-аль-но! Второй жертвой стал лысый дядечка с пятого этажа. Ладно, у него была астма, и, возможно, он забыл ингалятор дома, но всё же!.. Кстати, все они, как и Сергей, пробыли в застрявшем лифте двадцать три минуты. Ни секундой больше, ни секундой меньше. И, по словам врачей, умирали они чуть ли не тогда, когда их высвобождали.

– Тебе-то какое дело, что он в своей квартире слушал? – решила влезть бабуля в цветном платке, – Ты живешь на другой стороне и на два этажа выше!

Беззубая, поджав губы, промолчала, но что-то внутри хотело ещё поспорить, повозмущаться.

– Сколько раз говорить этим жирным мордам в ЖКХ, что лифты-то пора менять?! Я именно на этом каталась, когда замуж выходила! С того момента его, вроде, даже и не чинили, – начала крутить свою шарманку горбатая старуха, – Мне уж самой приходиться тащиться на четвертый этаж, потому что боюсь так же посинеть! А знаете, спина-то у меня отнюдь не здоровая! – ворчала она.

– Я всё равно поднимаюсь по лестнице, – пропищала бабулька в платке.

Две других начали закипать, и были готовы вылить на соседку все возмущения, но к подъезду подошёл Степан Геннадьевич – лифтёр, который занимался «грязной работой», и помешал старческим дискуссиям. Он шёл, слегка раскачиваясь из стороны в сторону. Такая уж у него была походка.