Золотой запас

С койки напротив Ивана Ароновича поднялся знакомый старик и протянул сухую горячую руку, посетовав гостю о долгом его отсутствии. Отец слегка наклонил голову, впившись взглядом в сына. Пальцы рук, лежащие на укрывающей его простыне, подрагивая, нервно комкали простыню.

– В-в-вик-тор, при-ш-шел т-таки, – произнес, слегка двигая губами, Иван Аронович.

– Здравствуй-те, – не нашел, что ответить под пристальным взглядом сын.

Нависла пауза, заполненная словоохотливым Львом Михайловичем.

– У соседа деньги кончились, так я на его место Ивана перетащил.

Занимаемся мы с ним, я ему массажики делаю, пальчики мну, шейку мы с ним разрабатываем. Видишь, уже пальчики шевелятся, и голову сам держать может. Трохи заикается, но это от волнения, он вас давно ждет, хочет поговорить, да я не знал, как с вами связаться…

– Почему мать не с-сберег, – требовательный голос со знакомыми Виктору Ивановичу нотками прервал монолог соседа.

– Рак, что я мог, в три месяца сгорела. Я, когда узнал, она уж при смерти была, – пытался оправдаться сын.

– Т-так, ты и ее заб-бросил. Ч-что, раз в п-полгода навещал? Или еше реже? – разглядывая краснеющего на глазах сына, добавил. – Ну!? Г-говори, че замолк?

– Ну, понимаешь, работа, командировки, то-се, не всегда выкроишь время. Но я каждый месяц старался, когда получалось, заскочить. Да, кстати, звонил почти каждую …

– Не т-тарахти. Звонил. Он звонил, – выдержав паузу, о чем-то раздумывая, продолжил, – из тюрьмы вышел и отсюда в-выйду, дом п-продавать не смей, в-выйду буду там жить, – вперив пристальный взгляд в сына, спросил требовательно, – понял? – продолжил, увидев положительный кивок испрашиваемого.

 – Т-теперь иди, в-видеть тебя более сегодня не хочу, завтра п-придешь, – отпустил его, переведя цепкий взгляд на потолок, повелительно добавил, – иди.

Виктор Иванович, повинуясь забытым чувствам, вселяемым властным отцом, как в прошлые времена, попятился задом от кровати. Уже перед дверью развернувшись, на цыпочках, молча вышел из палаты, запнувшись о край приподнявшегося, взлохмаченного линолеума на стыке, выхода в коридор.

Подойдя к служебной Волге с дремавшим водителем, злобно пнул колесо, пребольно ушибив пальцы ноги. Плюхнулся на сиденье рядом с насмерть перепуганным водителем, приказав двигать в гостиницу. По дороге к месту назначения запищала рация, жена по служебной связи, сетуя на паршивую сотовую связь «Юнисел», интересовалась успехами и причиной задержки.