А завтра – конец…

Кто их нас будет вытягивать загруженную машину из глины?

– А что тогда делать?

– Доставай воду, польём вокруг задних колёс глину так, чтобы она немножко утромбовалась, не захватывая колёса намертво. Потом немного подождём, глина засохнет и мы спокойно поедем дальше. Недавно был дождь. Смотри, кусты ещё мокрые, так что сейчас солнышко выглянет и…

Будто в насмешку, небо над их головами стало серым и разразилось серией громовых раскатов…

– Никакого солнышка не будет, – зло пояснил Бубен через три часа в машине, – Мы обречены остаться тут навечно.

– Мы скорее умрём от голода. Продукты-то не вечные. К тому же, не надо лишней паники. Может, оно и к лучшему: мы ведь не знаем, что там за поворотом, а уже начинает темнеть. Нужно будет остановиться на ночь неизвестно где. А мы даже не знаем, где сами находимся.

– Ты сейчас пытаешь меня убедить, что всё в мире – это призыв для оптимизма?

– Я сейчас пытаюсь тебя убедить, что если ты не замолчишь, я выгоню тебя ночевать на улицу под дождь.

– Ты не сможешь выставить ребёнка.

– Уверен?

Повисла тишина.

– То есть, можно укладываться?

– Укладывайся, а я немного почитаю.

– Не, давай лучше музыку включим. Неохота бояться.

– Так не бойся и всё, – отрезала девушка, однако музыку включила и откинула своё сидение, – Всё, спать…

– Ника, а что бы ты сделала, если бы тебе сказали, что любое твоё желание могут исполнить?

– В смысле, чего бы я пожелала?

– Да.

– Не знаю. Сейчас или тогда?

– Тогда.

– Наверно, мне бы хотелось, чтобы люди перестали использовать друг друга и поняли наконец, что каждый имеет право на ошибку и изъян. Что все мы не идеальны, и только полный идиот будет искать чужие ошибки ради пестования себя самого.

– Ммм?

– Спи, спи, не буду мешать…

Как и ожидалось, утро встретила их солнечным светом и полностью высохшим верхним слоем грязи. Дождь, всю ночь стучавший по крыше машины и мешавший Нике спать, как оказалось, сыграл на руку, и теперь они могли спокойно выехать из вчерашней грязи и отправляться дальше.