Мировоззренческий прорыв. Социология. Биология. Физика

Вот и основательное решение проблемы экономики, науки, медицины, культуры и пр.

Принципы самоуправления мировой экономики те же, демократические, на основе двухполюсной архитектуры Запад – Восток и непременного арбитража третьего не лишнего (высшего). Учитывая научный и технический потенциал России, Китая и США, они остаются лидерами установления нового миропорядка.

1.3. Донкихотиада – не романтика

Итак, о чем хотел сказать Сервантес в своем романе «Дон Кихот», создав образ героя с выраженным синдромом деменции, страдающего слабоумием, отсутствием аналитического ума и утратой памяти? В народе такое состояние называют старческим маразмом.

Дон Кихот, вы чего?

Не для того же создан этот образ, чтобы посмеяться над людьми, неадекватно воспринимающими реальность, и развеселить скучающую публику их приключениями! Разумеется.

Обратим внимание, что старик, впадающий в ребячество, повторяет одну и ту же логическую ошибку – путает причины и следствия. Коль причина не всегда очевидна, и коль для ее определения требуется аналитический ум, то следствие он попросту демонизирует в некое «зло», якобы порождающее человеческие беды.

Так и есть. Сервантес не просто писатель, но и философ. Ведь он, в форме аллегории, выпятил распространенную человеческую глупость, которая всегда делается, как сказал Распэ устами барона Мюнхаузена, с умным видом лица.

Намек синьоры поняли. И за это разоблачение ответили Сервантесу холодным к нему отношением высших кругов общества, с вытекающими последствиями.

Оставим в стороне дифирамбы человеческим качествам героя, которыми восхищаются читатели. Отставной вояка – доблестью и героизмом, медсестра – милосердием, романтик – идеалами. И отметим основные черты романа. В итоге, все идеалы рыцаря повержены и читатели сочувствуют его герою. А сам автор – человечеству. Ибо в романе звучат печальные нотки и даже, я бы сказал, звонят колокола!

Указанную идею Сервантес не обнажает, ориентируясь на массового читателя, и в «прологе» представляет роман, как сатиру на модные в ту пору рыцарские романы.

Тем не менее, это произведение, может быть, даже независимо от воли автора, поднялось на уровень философского анализа человеческой природы, как субъекта и субъективного восприятия объективного мира. Как субъект, он, познавая объективный мир, преодолевает свои заблуждения через противоречия. Взаимодействие его основных героев – тому пример.