Тонкие струны души разрывая

– Ура!

– Я нанял тебе водителя. Покатает тебя, пока рука окончательно не заживет.

Я хотела возразить. Но перед глазами вновь показалась знакомая паутина. И я нехотя произнесла:

– Ладно. Но это только на пару недель. Месяц – максимум. После ты его уберешь.

– Договорились, – кивнул Влад и позвонил кому-то. – Зайди.

Почти сразу на пороге моей кухни показался незнакомец. Высокий, жилистый, с типично петербургской бледностью на лице. Волосы цвета ржавчины коротко стрижены. Одет в джинсы и темный пуловер.

В каждом дворе таких по трое. А в глазах не больше жизни, чем у дохлой камбалы.

Без особого интереса скользнув по нему взглядом, я поспешила напомнить себе, что это ненадолго. Знать бы тогда, сколько проблем принесет этот человек за столь короткий срок.

Таймер духового шкафа огласил весь дом о готовности лазаньи. Я бросилась ее доставать. Влад формально представил нас:

– Ева, знакомься, это Дима. Дима – это Ева, и за нее ты отвечаешь головой.

Машинально поздоровавшись, я сосредоточилась на блюде.

Лазанью срочно требовалось посыпать сыром. Когда же я обернулась, Димы уже не было в доме.

Неделю спустя я признала, что идея Влада была не так уж и плоха. Дима появлялся на моем пороге ко времени, что я называла. И исчезал в тот самый миг, когда переставал быть нужен. Что он делал в промежутки, меня совершенно не интересовало. Главное, он не мешал мне. Остальное – его дело.

Был только один минус. Будучи большой любительницей ночной езды, я часто каталась по городу в одиночестве.

Когда не спалось или мучили ненужные мысли. Мне не хватало этого. Но храбрости сесть за руль я в себе пока не нашла. Дима же в подобных поездках мог быть лишь помехой – думается всегда лучше в одиночестве.

Возможно, мы смогли бы уживаться с ним мирно. Если бы не ненароком оброненная Анжелой фраза, заставившая меня взглянуть на ситуацию по-другому.

– Сегодня первый день весны, а на градуснике минус двенадцать, – пробурчала Анжела, вылезая из машины.

Недовольство подруги я разделяла всецело.

Вместе с тем, мороз привел в город солнце, что радовало несказанно.

Выстукивая каблуками по заледеневшему асфальту грозный марш, она продолжала возмущаться:

– Не знаю, где шлялась зима отведенные ей месяцы, но являться в город в марте – большое свинство с ее стороны.

Спрятав ладошки в рукавах шубки, словно в муфту, я тихо поддакнула. Но тут же улыбнулась солнышку. Впрочем, долго злиться Анжела не смогла. Мы как раз подошли к месту назначения.