Сундук мертвеца

Никитину достался просторный диван в гостиной.

Бросив чемоданы и сумки, мы быстренько разобрали продукты и едва ли не бегом помчались купаться. Последующие несколько часов мой мозг не утруждал себя никакой работой. Все мысли расплавились на жарком солнце и не тревожили душу.

Вечером же были неизменные шашлыки. Мы ели обжигающе горячее мясо и овощи, пили вино, хохотали от души. Строили грандиозные планы и свято верили, что им суждено сбыться.

Я проснулась рано, в начале девятого. Дом да и весь поселок еще мирно спал.

Стараясь не разбудить Маринку, натянула футболку и шорты. Подхватив босоножки, вылезла в открытое на ночь окно.

Мокрая от росы трава приятно щекотала стопы. Не сдерживая улыбки, я прошлепала по дорожке. Накануне подружившись с калиткой, легко защелкнула ее на щеколду.

Шутки в сторону. Надела босоножки и, чутко прислушиваясь к окружающему миру, быстро направилась по улице к берегу.

Несмотря на ранний час, солнце уже припекало. Его яркие лучи отражались от поверхности воды, будто приглашая нырнуть с разбега, плюхнувшись в озеро, подняв тысячи брызг.

Когда-то мы так и делали. Не так далеко отсюда, в Зеленогорске, был домик у моей бабушки по отцовской линии. Следуя договору между семействами, один месяц летних каникул неизменно проходил там. Собираясь в группку, вся местная детвора неслась с спозаранку на залив и плескалась, пока есть мочи.

Увы, детство кончилось. И не осталось места баловству. Сложив руки на груди, я закинула голову и несколько минут рассматривала обглоданный пожаром особняк.

Удручающее зрелище.

Оглянувшись по сторонам, я не обнаружила ничего подозрительного. Надеясь, что никто не заметит моих маневров, но и не особо таясь, без всякого труда вошла на чужую территорию. Машинально закрыла калитку. Впрочем, судя по пустым банкам из-под пива, можно было и не стараться, местная молодежь явно наведывалась сюда без приглашения.

Построенный в современном стиле особняк некогда был великолепен. Огромные панорамные окна от потолка до пола открывали дивный вид на озеро на втором и третьем этажах и на сад на первом.

Сейчас же все они были раскурочены мощным взрывом. Остались лишь стены, и те были обезображены и полуразрушены последующим пожаром. Некогда ухоженный сад пришел в запустенье. Среди сочной зеленой травы то и дело попадались обугленные камни, стекла, обломки мебели. Каким-то чудом входная дверь осталась почти невредимой, хоть и висела на одной петле.