Погоня за мечтой

Неизменным оставалась лишь одно: Ленка всегда была где-то рядом, тихо спала или шепотом рассказывала что-то важное, сокровенное. Мы могли болтать ночи напролет, говорить друг другу то, о чем и думать боялись днем, такими важными казались наши секреты и мечтания.

Мы всегда с ней были очень разными. Белокурый ангелочек, откровенная, импульсивная Ленка. И я, смуглокожая, с черными, как крепкий арабский кофе, волосами, без единого завиточка. Ленка говорила, что мои глаза так темны, что в них и черти тонут. В противоположность ей, я всегда была замкнута, не слишком любила людей и уж вовсе не спешила доверять кому-либо.

Но ей, единственной, я верила, как себе. В этой жизни нет для меня человека ближе, чем она. Она не просто подруга, не сестра, она – моя семья.

Мы росли в детском доме и всю сознательную жизнь провели в одной комнате, на соседних кроватях. Мы все и всегда делали вместе: взрослели, влюблялись, дрались, сбегали, выживали. Пожалуй, то, что мы есть друг у друга – самый большой подарок судьбы.

После наступления совершеннолетия мы разъехались каждая по своим углам -комнатам, что получили от государства. Однако новый уклад жизни, как и мое последующее замужество, не сильно повлиял на нашу дружбу. Мы реже виделись, но это был лишь повод чаще встречаться.

Ленка довольно прохладно относилась ко Льву, как, впрочем, и к моему замужеству в целом. Она считала его блажью. Надо признать, что у нее была на то веская причина.

Лев, будучи благоразумным человеком, прекрасно понимал, что Ленка неотъемлемая часть моей жизни, посему всегда был вежлив и обходителен по отношению к ней, ни разу не позволив себе критического замечания.

Со Львом мы познакомились три года назад, два из них как поженились. Наш мезальянс вызвал бурную реакцию у его окружения. Злые языки вовсю трудились, обсуждая нас, что вполне объяснимо и ожидаемо.

Один из ведущих адвокатов города женится на детдомовке, да еще подцепил ее в сомнительном баре, где она работала ни то барменшей, ни то официанткой. Разве не повод посудачить? Особенно, если это правда.

Поначалу Лев боялся, что неиссякаемый поток сплетен и извечные шептания и взгляды будут ранить меня. После каждого выхода в свет он подолгу всматривался в мое лицо, пытаясь угадать настроение, увидеть, не обидел ли кто.

Мне же было безразлично чужое мнение.