Последний день лета

Мой катерок, будто призывая к побегу, блестел белыми боками на солнце. А в голове крутились слова отца и через силу я заставила себя идти вперед.

Оказавшись на террасе, я прислушалась. Ни шороха, ни звука. Назад уже не смотрела, но и войти не решилась. Постучалась. Раз. Два. Никто не услышал. Никто не ответил.

Закусив в досаде губу, я вошла без приглашения. Излишне громко поздоровалась:

– Добрый день!

Откуда-то справа показалась жилистая женщина лет сорока с некрасивым лицом и коротко стриженными светлыми волосами.

– Вы кто? Что вам здесь надо?

Ответить я не успела, хоть и намеревалась. Даже подумывала паспорт показать, пока не покусали.

Услышав голоса, к нам вышел мужчина. Если я и встречала когда-то хозяина дома, то в памяти моей он не остался. Однако, по реакции «бультерьера» догадаться кто он можно было сразу.

– Агата? – со смесью надежды и тревоги спросил Олег Зуев. Я кивнула.

– Очень рад, – зачем-то ухватив меня за руку, заявил он.

– По реке, – решив сократить приветствие, сказала я. – Так быстрее, чем по дороге.

– Да-да, конечно, – еще больше разволновался он. Обращаясь к домработнице, сказал. – Спасибо, Ольга. Дальше мы сами.

Зуев был ровесником моего отца, но выглядел лет на десять старше, хоть и был подтянут и статен. Бессонная ночь в поисках дочери оставила тяжелый отпечаток на его лице. Но вовсе не она посеребрила его густые волосы.

– Пойдемте, Агата, – быстрым шагом углубляясь в дом, сказал он.

Стараясь не отставать, вслед за хозяином я оказалась в гостиной. Большая комната, залитая светом. Мягкие кресла, камин, аромат корицы и приятно терпких духов хозяйки дома. Свежие цветы из сада в вазах. Невесомые занавески едва ощутимо колышутся от легкого ветерка с реки.

Заприметив меня, хозяйка дома поспешно встала. Привычно, не заметно для них обоих, ее ладошка оказалась в его руке. Машинально поглаживая пальцы жены, Зуев пытался ее успокоить, утешить.

Ирина Зуева знала своего мужа большую часть жизни. Они были вместе еще со школьной скамьи. Вместе росли. Вместе поднимались. Вместе держали удар. Она навсегда останется для Зуева самой красивой девчонкой в классе.

Время бережно отнеслось к ее внешности, хоть и украсило тонкие черты морщинками. Зато практически не тронуло девичий стан. В былые времена она любила посмеяться от души. Теперь же в уголках ее губ залегли горькие складки.