Последний день лета

Сонька, видать, это смекнула и от вечно траурных родственников сбежала. Да только вряд ли надолго. Как папины деньги кончатся, мигом вернется.

Следующим в списке Игоря был садовник. Но он был сотрудником приходящим. Все волнующие Демидова события происходили в его отсутствие. О жизни же домочадцев он не знал почти ничего. Зато о саде поведать мог многое. Но Демидову было не слишком интересно.

Отпустив садовника, мы пошли на поиски хозяина дома и столкнулись с ним в коридоре. Взволнованный Зуев принялся осыпать Демидова вопросами о его дальнейших действиях.

В какой-то миг, почувствовав на себе чей-то взгляд, подняла голову вверх. На лестничном пролете, прислонившись щекой к ограде, сидел Алеша. Он смотрел на нас грустным испуганным взглядом, и от этого сердце мое будто оледенело.

– Все нормально? – вдруг спросил Демидов и коснулся моего плеча.

– Ой, – пискнула я. – Ты током бьешься.

– Прости, – улыбнулся он и, проследив мой взгляд, посмотрел вверх. Там уже никого не было.

– Будем на связи, – кивнув Зуеву, сказал он и быстро зашагал к выходу.

Выехав за ворота, Игорь сказал:

– Сейчас едем к Ксении.

– Она ничего нам не скажет.

– Попробовать все же стоит.

Может, и стоило. Но не получилось. Нас не пустили даже за порог. Пухлая горничная, уперев руки в боки заявила, что хозяев нет дома, и захлопнула дверь прямо перед нашими носами.

Возвращаясь к машине, я сказала с обидой:

– Ксюшка дома.

– Иначе как бы она на нас в окно смотрела?

Поняв, что теперь путь Игоря ведет к моему дому, я спросила:

– Что теперь?

– Ты домой набираться сил, а мне надо пару вопросов пробить.

– Каких?

– Я все тебе расскажу, – улыбнулся Игорь. – Когда проверю.

– С тобой неинтересно.

– А мне с тобой очень, – вновь улыбнулся он и даже добавил. – Правда. Я рад, что у меня такая коллега.

– Оболтус.

Игорь припарковался возле ворот. Я открыла дверь, а он вдруг спросил:

– С тобой все нормально?

Я выразительно фыркнула и собралась сострить. Но взгляд его серых глаз не позволил.

– Не лучше и не хуже, чем обычно.

Демидов попытался взять меня за руку, но я тут же спряла ее в рукаве. С недавних пор я не выносила, когда кто-то касался меня. Пусть даже и из добрых побуждений.