Девичник и прочие неприятности

Еще через два показалась крыша Жанкиного дома. В окнах первого этажа горел свет. Я чертыхнулась. Отчего же ей не спится?

В светлое время суток дом выглядел стильно, новомодно, но сейчас – угрожающе. И холодный свет фонарей ничуть не спасал. Прошуршав шинами по песчаной дорожке, я проехала мимо небольшой площадки для машин. Помимо хозяйской, припаркована была еще одна. Я сжала зубы от вновь нахлынувшей ярости. Этого еще не хватало!

Проигнорировав парковку на улице, заехала в гараж. Машину поставила у самой стены – так меньше шансов, что кто-то увидит следы недавней аварии.

Вытащив чемодан из багажника, я нацепила на лицо улыбку и потащилась наверх. Свет горел в гостиной. Похоже, Жанка смотрела некий голливудский шедевр. Впрочем, переступив порог гостиной, я поняла, что ошиблась.

Возлежала на широком диване вовсе не хозяйка дома.

– Чего ты в ночи явилась? Нашла время. Тебя утром ждали.

– Ты, как всегда, само очарованье.

– Все еще веришь, что чувство юмора – это твое?

– Не теряю надежды.

– Напрасно.

– Не все мы похоронили себя заживо, отказавшись от всего мирского.

– Шла бы ты к черту.

– Как раз оттуда, – хмыкнула я. Однако Нора приняла мое признание за шутку и поморщилась брезгливо. – Природа щедро одарила тебя красотой, но никак ни умом.

Я накрепко сжала ручку чемодана. Нервишки стали пошаливать. Еще чуть-чуть, и я от души ей тресну. Иногда мечты нужно воплощать в жизнь, не так ли?

Так. Но чаще терпение позволяет выиграть куда больше желаемого.

– Приятных снов, дорогая, – пропела я и поспешила скрыться в комнате для гостей.

– И тебе не хворать, – не отрывая щеки от подушки, фыркнула она.

Я было порадовалась, что обошлось без проблем. Но Нора бросила мне в спину ядовитое:

– Золотарева, быть тебе битой.

– Прости? – опешила я. Нора милостиво пояснила:

– Свитер наизнанку.

Боясь не сдержаться и послать ее со всеми народными мудростями разом куда подальше, я заторопилась прочь. Заперев дверь, зажгла ночник. Прошлась бездумно по комнате. Тусклый свет падал на пушистый ковер, но практически не освещал помещение. Призрачный свет надежды в бесконечно-мрачном хаосе.

Надежда. Все, что осталось мне.