Девичник и прочие неприятности

А вот связанные с ними проблемы очень даже.

– Что теперь, ментов вызывать?

Повисло тягостное молчание. Все понимали, что в полицию звонить надо – иначе невозможно. Однако подобного желания ни у одной из нас не возникло. Похоже, у каждой имелась веская причина не встречаться с правоохранителями. И все, как одна, сочли за благо об этом умолчать.

– Что скажешь? – спросила Жанна Сашку.

– Херово все.

– Это я и так поняла. Делать-то что? Ментам звонить?

Я пригорюнилась. Иного ответа, кроме как положительного, от Сашки не ожидалось.

Все же она юрист и знает, что со следствием нужно сотрудничать, а не за нос водить.

– Перебьются.

– Что? – опешила я.

– Что слышала. Менты перебьются. Мужичка мы этого не знаем и знать не хотим, а «звезды» на чужие погоны я зарабатывать не стану.

– Причем здесь «звезды», Саша? Разве мы не должны…

– Должны, когда иного выхода нет.

– А у нас есть другой выход? – оживилась Маруся. Дора сложила руки на груди и заявила безапелляционно:

– От трупа надо избавиться.

Я рухнула в кресло и вытаращила глаза. Мне все казалось, что это сон, и я вот-вот должна проснуться. Да только ничегошеньки мне не снилось, все было, как есть, наяву и воплоти.

– Поддерживаю, – заявила Нора. В критических ситуациях она всегда была за Дору. Собственные мозги у нее то ли отключались, то ли стадное чувство срабатывало.

– И я, – не мешкала Маруся. Жанна, вздохнув, кивнула в знак согласия. А заметив мою реакцию, сказала обиженно:

– И не смотри на меня так.

Если у Ковалева будет хоть что-нибудь против меня, я проиграю суд. Тогда плакали все мои денежки! А труп какого-то мужика – это не просто кое-что, это…ого-го-го! Я быть нищей не желаю. Гаду-Ковалеву уступать тем более. Так что, от дядьки надо избавиться. К тому же, дядька-то не мой, не мне о нем и печалиться…

Подруги обступили меня непрошибаемой стеной. Сверля взглядом, ждали ответа. Красивые женские лица словно окаменели, в глазах мерцал пугающий огонь.

Каждая готова была идти до конца.

Под их взглядами я быстро сникла и, скукожившись в кресле, выдохнула обреченно: «Я с вами!». Вздохнув с облегчением, они переглянулись и расселись в прежнем порядке по креслам и диванам террасы. Никто из них и подумать не мог, что я не желаю общаться с ментами едва ли не больше всех остальных. И на то у меня имелась веская причина.

Галопом обежав территорию вокруг дома, мы убедились, что поблизости нет ни единой души.