Не то место, не то время

Бармен ресторана жаловался, что в номерах Бунькова и его свиты со вчерашнего вечера дым коромыслом стоит. Впрочем, о шикарных чаевых он тоже упомянуть не забыл.

Бережно придерживая драгоценную жидкость (учитывая стоимость напитка, который предпочел гость, драгоценная – самое верное описание), я вошла в лифт и даже успела нажать на кнопку нужного этажа. Неожиданно, словно джин из лампы, появился Фархад, охранник Юсуфа. Я даже не успела его заметить, а он уже стоял подле меня. Причем не было никакой нужды до такого минимума сводить расстояние между нами.

– Какой этаж? – с небольшим акцентом спросил он. А я пискнула:

– Четвертый.

Он был выше меня на полторы головы, оттого смотрел сверху вниз. Его близость была мне откровенно неприятна. Но, что особенно непонятно, мне стало очень страшно. Каждой клеточкой я ощущала, что человек рядом со мной может сделать мне очень-очень больно. И боль моя будет сластью для него. Также, как страх забавой сейчас.

Когда же лифт наконец домчал меня до нужного этажа (это мгновение показалось нестерпимо долгим), я вылетела из кабины с невиданной прытью.

К своему стыду признаюсь, что от страха меня стало трясти. Да так, что сразу успокоиться не получилось. Я прислонилась спиной к стене и, зажмурившись, некоторое время была вынуждена глубоко дышать, считая в обратном порядке от ста.

Когда же мне удалось унять собственные эмоции, я поспешила к номеру Иванова.

Несколько утешал и тот факт, что свидетелей мой трусости не имелось (за исключением обидчика, конечно). На четвертом этаже жили только сам Иванов да Константин. Над ними Юсуф и его сопровождение. На третьем Игнат и Толстяк со свитой. А на втором Буньков с компанией. На первом этаже жилых помещений не имелось.

Бесшумно ступая по ковровой дорожке, я, уже вполне успокоившись, постучала в дверь Иванова.

– Привет!

Охнув от удивления, я инстинктивно отступила назад и приготовилась извиняться за то, что по глупости перепутала номер. Константин же, напротив, улыбнулся мне ободряюще и, углубляясь в роскошные покои, сказал:

– Милая девушка с редким именем принесла вискарь. Сегодня ты угощаешь, мой друг.

Номер Иванова состоял из спальни и гостиной. Был просторен и светел (когда за окном не стоял ноябрь).