Хрясь и в суп

"Я приехал сюда отдохнуть, расслабиться, а они ещё заставляют меня придумывать всякие выходы? Зачем оно мне надо? " – подумал я. Так пролетел ещё 1 день, который мне не очень понравился.

День третий, время-02:30. Я проснулся, услышав какой-то хруст и приглушённый, еле слышный плач. Всё вокруг было темно, да и к тому же в платке совсем не было дырок, поэтому казалось ещё страшнее. Я, будучи дико напуганным, еле слышно и почти не дыша попытался расстегнуть молнию на входе в палатку. Как только я расстегнул её на половину, меня окутал животный страх, я замер в оцепенении.

Перед моими глазами открылась по-настоящему жуткая и в тоже время мерзка картина: прямо перед палаткой лежала мёртвая туша дикого кабана, которого жадно, и в тоже время со слезами на глазах пожирал мой сосед по палате – Витя. "Что… что происходит? Это… это кабан? В… Витя? " – еле-еле сказал я, задыхаясь и забывая слова на ходу от животного страха. Я смотрел на всё это действие, как он жадно обгладывал лапу вместе с копытом этого бедного животного, и в один момент заметил, что голова этого кабана была прямо напротив входа в нашу палатку. Спросите, почему я так заострил на этом внимание? Из глаза этого кабана виднелся торчащий откидной нож, изредка отблескивающий свет луны от своего еле видного лезвия. Я медленно переводил взгляд то на Витю, то на нож, и в один "прекрасный" момент понял, что глаза Вити смотрят не в темноту… а на меня. Он перестал жевать, обгладывать кости животного, и просто смотрел на меня, а в его глазах читалась жалость и сострадание, особенно, когда из них текли слёзы. Но вдруг, спустя всего мгновение, слёзы на его глазах пропали, а его взгляд стал пустым. Я понял, что он не хотел убивать этого кабана, что он не владеет собой, и в тот самый момент я понял, что следующим в его меню стану я. И тут-пустота. Я очнулся уже после случившегося....В моей руке был тот откидной ножик, весь в крови, а рядом лежало тело мёртвого Вити, у которого было 5 или 6 ножевых, в грудь. Голова стала дико болеть, и, когда я попытался схватиться за неё, увидел множество укусов на своей правой руке, а так же она была перевязана. Я понял, что кровь на ноже была не только Витина, но и моя. В голове как будто произошёл щелчок, и я всё вспомнил… Когда я понял, что следующим блюдом для Вити стану именно я, наверное, инстинкт самосохранения взял верх над страхом, и я понял, что мне нужно делать. Я резко открыл до конца молнию на палатке и почти дотянулся до ножа, но Витя меня опередил.