Фантом

Вы должны найти общий язык. Твоя задача – выведать у него, где он спрятал свои рукописи. Сможешь узнать где хранится его архив – можно будет скостить тебе срок, а до его окончания – перевести на более легкие условия заключения.

Сломленный и морально и физически всем произошедшим со мной, я вынужден был согласиться на это предложение.

Потом был долгий переезд в холодном, грязном и тряском вагоне.

Нас высадили на одной из станций, далее необходимо было добираться пешком.

– Шаг влево, шаг вправо, считается побегом! Огонь будет открыт без предупреждения! – строго объявил сопровождающий нас офицер.

Запомнились почти сказочные деревья, припорошенные снегом. Снежнобелый лес, лениво раскинувшись, уходил вдаль. Но любоваться его ослепительной красотой мешал постоянно донимавший холод, да и неизвестность.

Сначала мы шли и много говорили. Над колонной идущих поднимались вверх струйки пара. Рядом со мной шли, в основном, представители интеллигенции. Конвоиры не запрещали говорить, лишь посмеивались.

Я шел, стойко держась, и пытаясь осмыслить свою жизнь. Признаюсь, иной раз охватывало малодушие, и я хотел броситься в сторону укрытых снежными шапками елей, и попасть под автоматную очередь. Но, все же что-то удерживало меня от безумного поступка.

Поздним вечером мы подошли к воротам лагеря и выстроились.

Под желтым фонарным светом стояло лагерное начальство. Началась перекличка. Легкие пушинки снега мягко ложились на наши плечи, холод не отпускал, и, казалось, что прием заключенных будет длиться вечно!

Но самое приятное было потом – санобработка… Кусочек мыла и горячая вода казались пределом счастья!

Затем распределились по баракам. Так началась моя лагерная жизнь.

Не буду описывать подробности. Не так давно публикации на эту ранее запрещенную тему, некоторые мемуары несправедливо арестованных стали появляться.

Скажу лишь, что я старался держаться с группой интеллигенции, подальше от уголовников, у которых была своя жизнь, и от издевательств которых мы здорово страдали. Моим другом стал скромный учитель словесности Титович, к сожалению, позже скончавшийся от болезни. Во время заключения мы старались во всем помогать друг другу.

Ранним утром наша колонна, в сопровождении конвоя, брела на трудовую вахту.