Вороны

Иногда становится жаль, что тебе уже давно не десять лет, когда все проблемы заключались в том, чтобы понравиться соседской девчонке или в том, что за сидение на траве в светлых штанах могла наругать мама.

В голове Димы проносились картины беспечного отрочества, а перед глазами – километры. Он зажмурил глаза и открыл их, чтобы прогнать внутреннее состояние беспомощности. Мотоцикл чуть не завихлял. В этом чувстве Дима вдруг обнаружил нечто новое, неизведанное им до сих пор.

Совсем не отдавая себе отчёт и повинуясь своему воспалённому мозгу, Дима выключил фары.

Может, это и есть его спасение? Что случится, то и случится – такова воля высших сил, в которую верят метафизики. Душа не умрет, она – энергия, а энергия не может куда-то пропасть или быть уничтоженной, она просто перетекает из одной формы в другую. Дима только надеялся, что в следующей жизни ему не придётся снова быть самим собой. В последнее время быть самим собой совсем не отрадно.

Дима проехал в кромешной темноте около трёхсот метров.

Он готовился «вот сейчас, вот сейчас точно, и все будет кончено», однако в последний момент решимости в его голову закралась доля сомнения и страха.

Резко, будто бы опомнившись, Дима включил фары.

Ситуация требовала от него быстрого принятия решений, и Дима зажал тормоза, но явно припозднился с этим, потому как в следующую секунду врезался в дерево.

Не на полной скорости, конечно, однако определённый урон он себе нанес: об этом свидетельствовали расшибленный об дерево лоб, саднящая коленка – заваливаясь на бок после столкновения он нехило теранулся ею по асфальту – и, не пойми каким образом, разбитая губа.

Мысль о вечном забвении больше не казалась ему такой привлекательной. По крайней мере, сейчас, когда он чуть не превратился в желе, растекшееся по асфальту.

Он не мог оценить урон в полной мере, только ощущал, что здесь больно, там неприятно, ниже – все вообще плохо. Однако, чертыхаясь, Дима со стоном поднялся с одного колена и выровнял мотоцикл, выцепив одну-единственную мысль о том, что теперь ему понадобится помощь специалиста.

Номер Сони всегда стоял у него на быстром наборе.

По моей комнате гуляют черные вороны

– Привет, чудило, – Соня стояла перед ним в длинном халате, взлохмаченными волосами и с телефоном в руках, и, судя по ее довольно-таки небрежному, но милому виду, она ожидала Диму немного позже, и тем не менее, как ни в чем ни бывало, привычно и бескомпромиссно назвала его своим любимым прозвищем.