Русская колонна

В этом смысле то, что Русский марш назвали фашистским маршем, то, что решили против него устроить Антифашистский марш, возможно, было сделано властью для того, чтобы либералы не могли солидаризоваться с националистами в борьбе за права русского человека. Этого я тоже не могу исключить.

Так что такой политической силы нет. На чем она сложится, я пока не знаю. Я знаю множество мелких региональных, общественных и прочих организаций. Я очень надеюсь, что когда-нибудь их сеть все-таки сомкнется, потому что этот довольно странный синтез национализма, консерватизма и социал-демократии вообще-то очень прост для обычного русского человека, очень понятен для предпринимателя, который хочет не только обеспечивать свою семью, но и послужить своей стране.

Он абсолютно понятен для офицера, даже если он чувствует себя в армии крайне дискомфортно или увольняется из нее по причине невозможности там больше находиться. Все просто и все понятно. Вопрос в том, что не хватает политической воли, финансовых и информационных ресурсов.

Большая часть русских воспринимает сложившийся порядок вещей как глубоко несправедливый

Подавляющее большинство нашего народа стремится к высокому уровню и качеству жизни для всех. Оно, это большинство, считает недопустимым и аморальным тот уровень социально-экономического неравенства, который мы наблюдаем в сегодняшней России. Люди желают сохранения всех социальных гарантий, доставшихся нам от Советского Союза, требуют национализации стратегических отраслей народного хозяйства, желают усиления государственного вмешательства в экономику, поддерживают идею сильного государства.

Вместе с тем, те же люди желают сохранения выборности властей всех уровней и других демократических процедур, требуют соблюдения гражданских прав, поддерживают идею рыночной экономики и частной собственности. Считая компрадорско-сырьевые капиталы воровскими и неправедно нажитыми, эти люди вполне лояльно и дружелюбно относятся к мелкому и среднему бизнесу.

Однако эти же люди требуют проведения сильной внешней политики, хотят того, чтобы российское государство защищало права русских, русскоязычных и русского языка в сопредельных странах, считают, что интересы России гораздо важнее интересов других государств, и уж тем более важнее любых общечеловеческих ценностей.

Эти люди хотят, чтобы Россия защищала интересы своих граждан за рубежом так, как это делают Соединенные Штаты, т. е. вплоть до вооруженной интервенции.