Ночь падших ангелов

Когда пионерские лагеря и профсоюзные базы отдыха, где раньше мог себе позволить отдохнуть любой работяга, вдруг превращались в наглухо огороженные запустевшие территории, купленные неизвестным дядей за немалые деньги.

Потом вместо прежних милых летних домиков на этих территориях начинали расти, как грибы, огромные каменные коттеджи, а на огораживающих их заборах появлялись заметные издали плакаты с надписями. Всегда с одними и теми же: вначале «Продается», а потом, позже – «Сдается». И кто-то начинал единолично наваривать деньги на том, что когда-то принадлежало целым организациям.

Насколько Роман знал, «Алую зорьку», откуда в давние времена его детства раздавались жизнеутверждающие звуки пионерского горна, тоже не миновала эта печальная и грязная участь. И теперь купленный кем-то лагерь был надежно закрыт. Но стройку там вроде бы еще не начинали – территория бывшего лагеря располагалась на возвышенности, на склоне горы, так что любая масштабная деятельность там была бы заметна издали, даже невзирая на новый высокий забор.

– Так они что, там обосновались?

– Именно. Так что о размахе этой секточки можешь судить по ее площади. А о доходах – по тому, что новый владелец предпочел всю эту большую и недешевую площадь не застраивать, как это другие делают, а вместо этого сразу ее заселить. Видимо, там такие бабки вертятся, что затевать банальный коттеджный бизнес ему ни к чему.

– Ну да, – согласилась Айка, в очередной раз отточенным движением переворачивая шампуры. – Эта секта выжимает из своих адептов все, что только возможно.

– Знаю, уж об этом-то можешь не напоминать! – процедил Ромка сквозь зубы.

– Да это только одна статья дохода! Помимо этого по очень тихим и никем не подтвержденным слухам, там и наркотики не брезгуют гнать на продажу, и весь нищенский бизнес верховный алозорькинский духовный наставник, говорят, тоже прибрал к рукам после весьма нехилых разборок с его прежними заправителями. Среди сектантов есть те же боевики, что и в других группировках, и даже еще хуже, потому что, кроме всего прочего, они еще и фанатики.

– Ничего себе! – Романа поразила масштабность происходящего.