Школьница

Мой пульс достиг небес! Парень шутит? Он приглашает меня на свидание?!

– Договорились, – сжала я свою трусость в кулак и спрятала ее куда подальше.

Дифференциальные уравнения, интегралы, логарифмы, производные… Кажется, математика меня сегодня мало волновала, я думала лишь о своем первом в жизни свидании, на которое меня пригласил красавчик.

Сегодня всего пять уроков, еще три и мы с Патриком пойдем есть венские вафли в таверне «Пётит Пранцез». Последним значилась физкультура у месье Ришара.

– Отстань! – рявкнула я, когда она с двумя подружками прижала меня к стенке.

– После школы! – сверкнула подлая девчонка глазами и пошла в спортзал.

Надо как-то улизнуть, чтобы Патрик не видел нашей перепалки. Может договориться идти в таверну не вместе, а по одному. Но что я могу сказать? Мол, мне нужно заскочить к маме на работу? Впрочем, план неплохой. Не хочу, чтобы он видел наш с Медеей диалог, его это явно оттолкнет от меня.

* * *

– Я не понимаю, почему мы должны идти по отдельности? – справедливо возмутился он.

– Не думаю, что тебе будет интересно заходить на работу к моей маме, – врала я напропалую.

– Не поверишь, я бы с удовольствием познакомился с твоей мамой, – вдруг произнес Патрик.

Урок физкультуры уже подходил к концу, а я так и не смогла придумать нормальное объяснение, да и красавчик не видел в этом действительной причины.

К моему ужасу к нам подошла Медея, она совсем не постеснялась Патрика.

– Слушай, новенький, я не понимаю, почему ты с ней вообще общаешься. Она позор нашего класса. Ты что хочешь, чтобы весь негатив полился на тебя! – смеялась она ему в лицо. – А ты, уродка, не смей убегать после школы, я тебя откуда угодно достану.

– Что? – очень громко крикнул Патрик, чем привлек всеобщее внимание.

– Ты не только глуп, но глух?

– Если только пальцем тронешь Женевьеву, будешь иметь дело со мной.

По-моему, это был первый раз, когда кто-то смог поставить эту стерву на место результативно.

Мое сердце грохотало в груди, от радости и счастья я готова была расплакаться. Патрик встал на мою защиту. И думать не смела, что такой поступок меня настолько восхитит. Да и не полагала, что это вообще возможно. Мне шестнадцать лет, никто никогда не стоял за меня горой.