Свобода

Везде есть разрешительные документы и «крыша». Скорее меня загребут и снова привезут к ним, чем смогу покарать как-то. Поэтому так важен влиятельный человек, который поможет. Возможно им и станет этот Федор.

Только подумав о нем, сразу же поняла, что должна сделать. Мне нужно срочно связаться с родителями! Но что им сказать? Олег угрожал, что убьет их, если я не буду держать рот на замке.

Сердце в груди клокотало, оглушая все вокруг. Надо поговорить с Федором. Если позволит им позвонить, значит, вероятнее всего он с Олегом не заодно.

Проходя по комнатам, искала его. Он сидел в гостиной на первом этаже и с кем-то разговаривал по телефону. Меня не слышал и не видел.

– Что делать? Ты шутишь что ли? Надо помочь! Ты вообще представляешь, что он творит? Кто его крышует? Серьезно? – тяжело выдохнул. – Дай подумать, – добавил и замолчал. – Неужели они такую сеть развили? Что столько генералов его прикрывает? Может ты ошибаешься?

Боясь, что он меня заметит, на цыпочках пошла к проходу. Но Федор обернулся и увидел, что я грею уши.

– Ладно, чуть позже наберу. Давай, – сказал своему собеседнику по телефону и положил трубку.

Молча смотрел на меня, поджав губы.

– Оля, я в шоке. Олег вообще такую команду собрал, ты даже не представляешь. Если мы начнем ломать его бизнес, будет война между кланами, дележка сфер влияния, – выдохнул нервно.

И что? Теперь тысячи девушек так и должны быть в сексуальном рабстве? Смотрела на него, ожидая, что же скажет.

– Давай сделаем так. Я тебя выкупаю.

– Думаете, они меня продадут? Я же могу всем рассказать, вряд ли они будут так рисковать. Я могу обратиться в СМИ. Написать об этом в Интернете. Рассказать всем и каждому. Кто-то да поверит! И его репутации филантропа конец.

Федор напряженно стоял, и вид его говорил лишь об одном: он понятия не имеет, как совладать с ними масштабно. Не просто выкупить одну девушку, а вызволить всех. Да и выкуп одной дело под большим вопросом. Слишком крупные риски у рабовладельцев…

Крошечная надежда на освобождение готова была расколоться на множества мелких осколков.

Невидимые путы связывали меня и не давали пошевелиться. За какие такие прегрешения мне такое наказание? Что я такого сделала в жизни, чем заслужила все это?

– Можно я позвоню родителям? – спросила без надежды на положительный ответ.

Он боится… Не хочет себя подставлять, играя в рыцаря.