Разведенная жена, или Жизнь после

– Мария? Как вы себя чувствуете? – услышала я голос мужчины.

Я подняла глаза, передо мной стоял доктор.

– Вам не нужно так нервничать. Я понимаю, на вас столько навалилось. Но не забывайте, вы беременны, у вас двойня. И так свои сложности с вынашиванием, высокое давление крайне негативно для плодов. Как я понимаю, именно я должен вам сообщить плохие новости. Вам жених погиб при взрыве, но уверяю, он не страдал. Все произошло быстро. Не знаю, сможем ли мы вас выпустить на похороны вашего жениха. Если только в сопровождении медиков.

Я слушала его без доли эмоций, серость бытия не способна была вывести из ступора. Даже то, что мне только что прямым текстом врач сообщил о гибели любимого, не вывело меня из забытья. Апатия подавила все силы, тягу к жизни. Я более не способна была плакать.

– Мама и родители мужа. Где они? Я могу их увидеть? – поинтересовалась я без явного интереса.

Я должна побывать на похоронах, должна попрощаться. Ведь так? Так будет правильно? Спрашивала я себя, внимательно слушая пульс, когда доктор устанавливал датчики на сердце.

– Да, они придут через несколько минут. Не переживайте, – говорил он, а сам удивлялся моему спокойствию. – Хм, может вам слишком много успокоительного дали, – произнес доктор шепотом, а потом взял медкарту и стал изучать.

Через минуту в палату зашла медсестра и установила катетер.

– Вам нужно поспать, еще ночь.

– Одним вопросом будет меньше, – произнесла я, понимая, что 3:05 это ночь, а не день.

– Да, да, но сначала Мария поговорит с близкими, они скоро придут. А потом ляжет спать. Она и так долго спала. Два дня, – добавил врач, делая записи в медкарте.

Через стеклянные стены я увидела как приближаются мама и Стивен старший. Вид у них был явно не веселый.

– Доченька, – защебетала мама, не зная, как ей вести себя со мной.

– Мария, – сжал отец моего любимого губы.

Мама вопросительно взглянула на несостоявшегося свекра, она боялась сказать свое мнение.

– Я буду присутствовать, я должна, – слегка закивала я.

– Хорошо, – ответил он. – Извини, мне нужно идти, – говорил Стивен старший с серьезным видом, я понимала, мой почти свекр сдерживает слезы.