Разведенная жена, или Жизнь после

Злость на Сергей, на то, что из-за его смерти я теперь одна!

Возле престижного кладбища было припарковано множество машин. Это все те, кто пришел с ним попрощаться. Они смотрели на меня с таким сочувствием, что захотелось послать их всех к чертям. Я как первая леди Белого Дома, как Жаклин Кэннеди. Только она-то успела выйти замуж, а я нет. Я жалкая несчастная и к тому же беременная женщина. Людская жалость еще больше злила меня.

Мы прошли строем к его будущей могиле. Наш марш был молчалив. Тосклив и безысходен.

Я слушала речь священника, не вникая в то, что он говорит. Потом заговорил Стивен старший, его монолога я также не слышала. В ушах стоял звон, хотя кругом была тишина, доносился только тихий голос говорящего. И я услышала вдруг свое имя.

– Мария? Ты хочешь что-то сказать? – спросил меня отец любимого, он спрашивал уже в третий раз.

Мама касалась моего плеча, чтобы вывести меня из сна наяву.

– Доча, ты скажешь что-нибудь? – произнесла она максимально мягко.

– Да! Да, – ответила я, направляясь к гробу.

Он был закрыт. Закрытый гроб – что это значит?! Может его здесь нет? Мое сердце забилось чаще. Бригада скорой помощи дежурила неподалеку.

Вместо своей прощальной речи, я ухватилась за огромную крышку гроба из самого дорогого дерева. Она не поддавалась. Все наблюдали за мной с ужасом.

Стивен старший подскочил ко мне и попытался остановить, я что есть сил оттолкнула несостоявшегося свекра.

Внутри лежал крупный мужчина в маске. Белой карнавальной маске. Я схватила эту чертову имитацию лица. Под ней я увидела месиво. А волосы – их просто не было, они были сожжены. Я смотрела, не отрываясь, на человека в гробу.

– Это не он! – крикнула я.

– Что ты говоришь? – возмутился Стивен старший.

– Это не он! – повторила я.

– Не говори бред! – разозлился отец мужчины моих девичьих грез, отодвигая меня от гроба.

И я услышала шепот Ларисы.

– Мария, остановись, – она встала со своего стула и медленным шагом подошла ко мне.

Мама моего мужчины девичьих грез аккуратно взяла маску и положила ее на лицо покойника. Она схватила его правую руку и показала мне внутреннюю сторону запястья.

– Видишь! – смотрела Лариса на меня с ненавистью.

Там была крошечная тату английскими буквами LS.

Я лишь часто моргала.