Мажоры

В моей крови течет кровь разных народов, в числе которых: русские, украинцы, татары, евреи, армяне, белорусы, казахи и киргизы. Впрочем, может есть и другие национальности. Такой коктейль сделал из меня темноволосую кудрявую девушку с холодным взглядом немного раскосых зеленых глаз. Необычно? Еще бы.

– Ладно, – пожал мне руку Джон. – Марианна, думаю, вы прекрасно сработаетесь. А мне пора, – взглянул на часы. – Кстати, Джефф не женат, он свободен, – растянул губы в «голливудской» улыбке и вышел из лаборатории.

Неловкая пауза повисла в воздухе, ощущаясь инеем на коже. Я почти перестала дышать, не зная, что еще ему сказать. Может, показать проект с новым кремом для женщин…

Неосознанно облизнув сухие губы, смотрела как потерянная на колбу, стоящую на столе.

– Марианна, что скажете, если мы с вами обсудим детали, – на секунду замолчал, – детали нашей совместной работы в кафе неподалеку от лаборатории?

– Да, конечно, – изобразила подобие улыбки.

Взглянув на часы, висящие на стене, сдвинула брови.

Глава 2

Джефф шел уверенной походкой по коридорам и вестибюлю здания, я, прихватив сумочку, сняв лабораторный халат, следовала за ним, нервно поглядывая на часы. Неужели все нюансы будущего назначения нельзя обсудить завтра? Я конечно приятно удивлена тому, что мою работу столь высоко ценят, что готовы предоставить место директора лаборатории, но у меня все же есть и свои личные обязанности.

Обещала родителям заскочить в больницу, хорошо хоть, что они в одном здании, только вот в разных корпусах, лечатся. И если обсуждение «совместной работы» затянется даже на час-полтора, то я не успею в приемные часы и нарушу это столь простое обещание. Маме с папой и так тяжело, они в свое время приехали в страну, такие задорные и востребованные. Заработали очень неплохо на своих знаниях, но кто же знал, что маму скосит рак молочной железы, а папу серьезное аутоимунное заболевание – красная волчанка, да еще и диабет.

– Марианна, – нажав кнопку лифта, Джефф развернулся ко мне. – У меня есть очень интересная концепцию в модернизации работы концерна, но без лаборатории ее не добиться. Хотел с вами обсудить все нюансы.

– Хорошо, – лаконично ответила я, даже боясь на него взглянуть.

Стены узкой кабины лифта давили, сжимая сознание. У меня ведь клаустрофобия.