Теща-привидение

Подъезд в жилище Сашкиной родни оказался именно таким, каким его себе и представляла Мариша. Ну разве что чуточку лучше за счет сделанного недавно районными властями ремонта. Дверь в квартиру Сашки была открыта, и оттуда доносился плачь младенца. Похоже, соседи вконец обнаглели. И теперь сердобольная Сашкина мать была вынуждена брать к себе на постой даже грудных младенцев из забытых под окнами колясок.

Заглянув в комнату, Мариша убедилась, что она совершенно права. На руках у большой полной старухи лежал ребенок, который и голосил во всю мощь своих нехилых легких.

– Вот чертенок лысый! – выругалась наконец бабка в сердцах. – Ну, на! Подавись ты! Смотри свой телик!

С этими словами бабка ткнула пальцем в телевизионный пульт, и экран озарился ярким светом и произнес томно:

– О, Мигеле! Любимый мой! Неужели злые силы посмеют разлучить нас с тобой?

– Не плачь, моя голубка! Помни, я всегда любил лишь тебя одну.

На экране шел какой-то очередной латиноамериканский сериал, где потрясающе красивая девушка с длинными прямыми темными волосами объяснялась в любви вполне смазливому юноше. Они выглядели такими счастливыми и цветущими, что в сказку о несчастной любви как-то не очень верилось. А, напротив, верилось в то, что все у этих двоих будет очень хорошо.

Может быть, и не друг с другом и не именно сейчас, но скажите, как можно быть несчастливым под жарким солнцем, которое светит с голубого неба, и когда в двух шагах от тебя плещется чудесный чистый океан?

Так и хочется крикнуть этой плачущей девушке: «Да плевать тебе на всех Мигеле на свете, тем более что вон их сколько вокруг ходит! Бери любого и будь с каждым из них счастлива!»

Между тем грудное дите замолкло и, высунув головенку из своих одежек, тоже с интересом уставилось на экран, а потом совершенно затихло.

– Чего тебе? – увидев Маришу, спросила у нее бабка. – Чего надо, спрашиваю? Ты кто такая?

– Мне… Мне бы Сашу повидать. Он тут живет?

– Сашу-у-у, – протянула она. – Нету тут никакого для тебя Саши!

– Ой! Он переехал!? – прикинулась дурочкой Мариша. – А куда? Вы мне не скажете? А то, знаете, я несколько лет провела за границей.