Возвращение блудного бумеранга

– А что за невеста была у Давида?

– Не знаю.

– Надо узнать. И заодно выяснить, был ли личный интерес в этом браке у покойника.

– И у кого мы это узнаем?

– У наших хозяев. У Аньки, у Давида, у его мамы. У кого же еще?

Но этот разговор пришлось отложить на завтра. Сегодня все в доме Аньки были слишком подавлены свалившимся на них горем. Да, покойник отличался скверным характером, был невыносим в общении, не принимал невестку и обладал злым колючим языком, но он был братом матери Давида и его родным дядей.

А родственников, как известно, не выбирают. Их просто любят или хотя бы мирятся с их существованием.

Трудно сказать, какие чувства испытывали Давид и все прочие к дяде Нико при его жизни, но теперь, когда он умер, они подчеркнуто горевали об этом человеке. Мать Давида побежала в дом к брату с соболезнованиями. Анька наглоталась снотворного и легла спать. А Давид ходил по дому с таким мрачным, отрешенным выражением лица, что девушки просто не рискнули к нему сунуться.

– Что это с ним?

– А тебе бы понравилось, если бы твоего родного дядьку вдруг пришили, а менты обвинили бы в этом твою супругу!

– У меня не может быть супруги! Только супруг!

– Ну, супруга! Какая разница?

В ответ Леся хотела напомнить подруге анекдот о том, как один горячий кавказский мужчина приходит в магазин и просит показать ему трусы.

Молоденькая продавщица, увлеченная разговором с приятельницей, не глядя, достает и бросает на прилавок несколько пар женских трусов.

– Э! – говорит мужчина, оскорбленно двигая усами.

 – Девушка, ты что мне дала? Трусы ведь женский!

– Да какая разница? – небрежно отвечает продавщица, не прерывая увлекшего ее разговора.

На что окончательно выведенный из себя мужик стучит кулаком по трусам и орет:

– Какая разница! А вот я сейчас эту разницу из штанов вытащу и тебе в глаз суну!

Хотела напомнить Леся этот анекдот. Но не стала. Слишком все утомились за сегодняшний день. Да еще и закончился он убийством. Очередным убийством, которое случилось в присутствии двух подруг.

Регулярность, с какой происходили возле них убийства, мягко говоря, настораживала. И в первую очередь самих девушек.

– Поневоле задумаешься, в чем тут дело. Это с нами двумя что-то не в порядке или просто мир вокруг нас такой? – пробормотала Леся, устраиваясь на ночлег.

– Ты это о чем?

– Ну, вот дядьку нашей Ани убили. А ведь жил себе человек, особо не тужил.

– И что?

– А потом мы с тобой приехали, и его убили.