Кого не видят глаза

Только при условии «полнейшей безопасности», как выразились старейшины, им позволили посетить похороны Рилл.

Ирнея, однако, нигде не было видно. Никк дважды обвел взглядом всех, но так и не заметил знакомой кудрявой головы.

– Мы встретимся вновь на земле…

Заунывный мотив невольно закрадывался в душу, в укромный уголок, отведенный для сострадания и одиночества. Манил присоединиться, спеть прощальный куплет, отдать последнюю дань покинувшей мир даитьянке.

– …Где боле не ходят наши тела, – пообещал Никк на одном дыхании.

Он не мог больше смотреть на всепоглощающее пламя, но отчего-то не мог и отвернуться. Как загипнотизированный, слушал всхлипывания, окружающие его, смотрел на вьющийся над костром горький дым.

Лишь когда тело Амариллис совсем скрылось в огненной стихии, обращаясь в прах, Никк вспомнил, что его жизнь еще продолжается, что его битва еще идет.

«И у меня есть план этой битвы».

На миг он встретился взглядом с сестрой. Лицо Даф было маской, лишенной всяких эмоций, – как и всегда, когда на ее сердце на самом деле бушевал ураган.

Ничем не выдавая свои помыслы, Дафна посмотрела сквозь Никка, поправила белую траурную накидку, покрывающую ее плечи, и пошла прочь. Приставленный к ней стражник засеменил следом.

С минуту Никк подумывал догнать сестру и выпытать ее намерения. Наигранное равнодушие не сулило ничего хорошего, у Даф определенно имелась цель. Плохая и опасная цель, чтобы преследовать ее в одиночку: они оба хотели закончить начатое, отомстить, пронзить сердце Лира клинком.

«Нет, – вздохнул Никк. – Сперва я кое-что проверю, а уж потом буду обсуждать все с Даф. Если только она за это время не…»

– Эй, идем или как? – Шан толкнул Никка локтем, попав точно в синяк на руке, полученный еще в Пайтити.

– Да, ид… ау! – Никк зашипел от боли, поспешно растирая ушиб. Обернувшись на своего телохранителя, он шепотом добавил: – Пойдем, только как насчет этого?

– Беру его на себя.

Не объясняя больше ничего, Шан исчез, смешавшись с потоком людей, начинающих покидать рощу, в которой проходила церемония.

С минуту ничего не происходило. Никк начал переминаться с ноги на ногу, поглядывая на буравящего его взглядом стражника, а потом за спиной неожиданно раздался громкий хлопок. Что-то полыхнуло, и осколки таящего на лету льда градом окатили даитьянина.

– Потоп! – закричал кто-то.